В 2025 году мировой рынок подержанной электроники оценили в $139,5 млрд, а почти каждый пятый проданный смартфон оказался не новым, а бывшим в употреблении. Для русскоязычной IT-аудитории это уже не история про «экономных покупателей с Avito», а про зрелый рынок с понятной логикой: дорожающая техника, слабый темп обновлений и растущая инфраструктура ремонта делают подержанную электронику полноценной альтернативой новинкам.
По данным vc.ru, сильнее всего этот сегмент тянут смартфоны: они есть почти у 98% людей на планете старше 16 лет, поэтому именно здесь вторичный оборот превращается в отдельную индустрию. Исследователи Counterpoint Research подсчитали, что в 2025 году на подержанные устройства пришлось 19% мировых продаж смартфонов. В Африке их доля достигла 26%, в Европе — 22%, в США — 21%, а в Латинской Америке составила 11%. На этом фоне прогноз IDC выглядит показательно: уже в 2026 году сегмент бывших в употреблении смартфонов должен расти втрое быстрее рынка новых устройств, а к 2029-му разрыв увеличится до 3,5 раза.
Причина не в одном только желании сэкономить. Рынок подстегнули удорожание памяти, политическая нестабильность и усталость покупателей от итеративных обновлений, когда новый смартфон всё чаще отличается от прошлогоднего не настолько, чтобы срочно доставать карту. Если собрать все подержанные смартфоны в одного гипотетического вендора, то по объёму продаж он уступил бы только Apple и Samsung. При этом у сегмента ещё огромный запас хода: в 2025 году в мире насчитывалось 940 млн неиспользуемых смартфонов, но на рынок попали лишь 338 млн, то есть примерно один из трёх. Остальные продолжают лежать в ящиках, работать «запасным телефоном» или медленно превращаться в электронный мусор.
Вторичный рынок давно перестал быть территорией частников и серых перекупщиков. На него массово вышли крупные игроки трёх типов: специализированные платформы, сами производители и классические ритейлеры с отдельными витринами восстановленной техники. Один из самых заметных примеров — Back Market, основанный в Париже в 2014 году. Сервис работает уже в 17 странах, а во Франции через него покупает смартфоны каждый четвёртый клиент этой категории. Модель у компании не складская, а платформенная: она не выкупает и не чинит всё сама, а сводит покупателей с сертифицированными продавцами и ремонтными сервисами. Это важный момент для любого IT-бизнеса: рынок растёт не только за счёт цены устройства, но и за счёт стандартизации доверия. Год гарантии, понятный возврат в течение месяца, единые требования к качеству восстановления — всё это превращает подержанную электронику из компромисса в нормальный продукт. Даже довольно хулиганская акция с продажей случайной модели iPhone или Android по фиксированной цене сработала именно потому, что у аудитории уже было базовое доверие к площадке.
Отдельно показательно, что во вторичку всерьёз пошли сами бренды. Apple запустила официальный канал продаж бывших в употреблении iPhone ещё в 2016 году, а затем расширила программу на другие устройства и аксессуары. По состоянию на 2025 год компания продала свыше 15 млн таких товаров. Аналогичные прямые каналы есть у Samsung, Microsoft, Google, Nintendo, Nikon и других производителей. Для них это не благотворительность и не зелёный пиар. Это способ удержать покупателя внутри собственной экосистемы и монетизировать устройства, которые иначе ушли бы на внешний рынок, за границу или в утилизацию. Для покупателя бонус тоже понятен: на официальной площадке можно получить фактически новую технику, которая формально уже не считается новой только потому, что её когда-то вернули в магазин. Неудивительно, что основу рынка составляют премиальные бренды: на Apple приходится 56% вторичного рынка смартфонов, на Samsung — ещё 23%. Средняя цена восстановленного телефона в 2025 году составила $413, и это уже не «дешёвый андроид на сдачу», а вполне осмысленная покупка в середине и верхнем среднем сегменте.
Но весь этот рост держится не только на маркетинге и витринах, а на способности рынок чинить технику быстро и предсказуемо. Здесь цифры тоже довольно приземлённые: только около 28% устройств перепродаются без ремонта, примерно 60% сначала нужно восстановить, а ещё 12% годятся только на разборку или утилизацию. Владелец американского сервисного центра Джон Бамстед, который специализируется на компьютерах и планшетах Apple, описывает похожую картину: значительная часть техники приходит из корпораций, учебных заведений и госструктур, обновляющих парк раз в три-пять лет; около 60-70% устройств удаётся восстановить и перепродать, остальные идут на запчасти. На практике ремонт обычно сводится к замене батареи, памяти и накопителей. Для бизнеса это важный сигнал: рынок подержанной электроники опирается не на романтику осознанного потребления, а на очень конкретную сервисную экономику — склад компонентов, диагностику, логистику, гарантийные процессы и предсказуемую себестоимость.
Отсюда и политический нерв истории — право на ремонт. Без доступа к схемам, комплектующим и инструкциям подержанная электроника быстро становится красивой теорией про экологию. Именно поэтому активисты и независимые сервисы годами спорили с производителями, которые усложняли разборку, использовали нестандартные крепления, склеивали и спаивали детали и ограничивали поставки оригинальных компонентов. Apple долго продавала запчасти только авторизованным сервисам, но в 2022 году всё же запустила программу самостоятельного ремонта: с руководствами, заказом оригинальных деталей и возможностью сдавать старые компоненты на переработку. Критика, впрочем, никуда не делась: европейские активисты указывали на высокую стоимость деталей и на то, что инструкции всё ещё рассчитаны скорее на подготовленного техника, чем на обычного владельца отвёртки. Но в целом вектор изменился: государство, экоактивисты и рынок ремонта постепенно выдавливают производителей в сторону большей ремонтопригодности.
Для IT-рынка это значит простую вещь: жизненный цикл устройства стал длиннее, а экономика владения — важнее факта покупки новинки в день релиза. Ритейл получает новый источник маржи, сервисные компании — устойчивый спрос, производители — дополнительный канал продаж, а корпоративные заказчики — более рациональную модель обновления парка. Следующий большой вопрос уже не в том, готовы ли пользователи покупать бывшую в употреблении технику, а в том, кто лучше других упакует её в такой же бесшовный продукт, как новая электроника: с гарантией, ремонтом, понятным происхождением и минимальным риском для клиента.