«Ростелеком» избавился от своего последнего зарубежного актива: армянская GNC-Alfa продана структуре, которая владеет оператором «Вива-Армения». Для российского телеком-рынка продажа GNC-Alfa важна не только как затянувшийся M&A-кейс почти на десятилетие, но и как сигнал: крупные игроки окончательно сворачивают старую логику региональной экспансии и все чаще предпочитают простую, локально понятную структуру владения.
О закрытии сделки сообщает CNews. Покупателем выступил кипрский офшор Fedilco Group, которому принадлежит армянский мобильный оператор «Вива-Армения». Сумма сделки официально не раскрыта. При этом летом 2025 года Комиссия по регулированию общественных услуг Армении выдала «Вива-Армения» разрешение на покупку 100% GNC-Alfa, а гендиректор самой GNC-Alfa Борис Демирханян тогда оценивал сделку в $40 млн.
Для «Ростелекома» это не просто очередная продажа непрофильного актива. GNC-Alfa была его единственным зарубежным активом. В 2012 году российская компания купила 75% армянского оператора за $22 млн, а затем довела долю до 100%. На бумаге актив выглядел логично: GNC-Alfa работала как магистральный оператор связи и параллельно оказывала услуги широкополосного доступа и IP-телевидения под брендом Ovio. То есть речь шла не о локальном стартапе с парой лицензий, а о реальной инфраструктуре с понятной ролью на рынке.
Проблема в том, что выйти из этого актива быстро не получилось. Переговоры о продаже GNC-Alfa начались еще в 2017 году. Тогда армянский телеком-рынок в заметной степени контролировался российскими инвесторами, и у «Ростелекома» были вполне очевидные варианты для выхода. Компания вела переговоры и с Veon, которой принадлежала «Веон Армения», и с МТС, владевшей оператором «К-Телеком» под брендом «Вива-МТС». Отдельно обсуждалась сделка с Molitro Holdings, кипрской структурой, связанной с российскими бизнесменами армянского происхождения Арманом Унаияном и Самвелом Карапетяном. Но ни один из этих сценариев в тот момент не сработал.
За девять лет рынок успел радикально измениться. Российские группы, которые когда-то были заметными игроками в армянском телекоме, одна за другой вышли из страны. Veon в 2020 году продала «Веон Армения» компании Team за $50 млн. МТС в 2023 году рассталась с «К-Телекомом»: актив за $209 млн купила как раз Fedilco Group. После сделки оператор сменил бренд с «Вива-МТС» на «Вива-Армения», а сама Fedilco Group безвозмездно передала 20% компании армянским властям. На этом фоне нынешняя продажа GNC-Alfa выглядит не как внезапный поворот, а как финальная точка в длинном процессе перераспределения телеком-активов в Армении.
Любопытна и фигура нового контура владения. По данным, которые МТС ранее раскрывала при продаже «К-Телекома», с Fedilco Group связаны предприниматель Чже Чжан и петербургский бизнесмен Константин Соколов. Это добавляет сделке еще один слой: формально российские публичные телеком-компании из Армении вышли, но связи с российским капиталом в индустрии полностью не исчезли, а просто стали менее прямыми и менее корпоративно очевидными. Для отрасли это давно знакомый сюжет: юрисдикции меняются быстрее, чем реальные деловые связи.
Сам Соколов в источнике описывается как предприниматель с не самым ровным послужным списком. Армянское издание Hetq.am ранее писало о нескольких его проектах в Санкт-Петербурге, которые развивались неудачно. В частности, через офшор Prosparon Investments он владел машиностроительным заводом «Компрессорный комплекс», но затем вокруг инвестиций начались судебные споры, а сам актив в итоге перешел Сбербанку и обанкротился. Еще один пример — история с домом банкира Михаила Вавельберга в Петербурге: объект был куплен структурами Соколова под гостиничный проект, но позднее также выбыл из этого контура и в конечном счете был доведен до запуска уже другими владельцами. Это не означает прямых выводов о будущем GNC-Alfa, но показывает, что покупательский контур здесь не выглядит стерильно корпоративным.
Для русскоязычной IT-аудитории в этой истории важны три практических вывода. Во-первых, телеком-экспансия российских игроков в соседние страны, которая в начале 2010-х казалась понятной ставкой на рост, теперь закрывается даже там, где активы изначально выглядели вполне рабочими. Во-вторых, инфраструктурные активы вроде магистральных сетей и ШПД-бизнеса остаются востребованными, но продаются уже в другой политической и корпоративной конфигурации. И, в-третьих, продажа GNC-Alfa показывает, что сделки в телекоме могут зависать не на кварталы, а на годы: между логикой владельца, интересом покупателя, местным регулированием и изменением состава рынка лежит слишком много переменных.
Отдельный вопрос — что новый собственник будет делать с GNC-Alfa дальше. Логика подсказывает, что сочетание мобильного оператора «Вива-Армения» и инфраструктурного актива с фиксированными сервисами открывает дорогу к более плотной консолидации. Но именно здесь и начинается главная интрига: останется ли GNC-Alfa самостоятельным инфраструктурным элементом или станет частью более жестко собранной телеком-машины, где конкуренция уступает место укрупнению и контролю над всей цепочкой услуг.