Отчет GAO поставил под сомнение 96% заявленной DOGE экономии по грантам — это $49,2 млрд, которыми команда Илона Маска и администрация Дональда Трампа объясняли борьбу с госрастратами. Для русскоязычной IT-аудитории эта история важна не как очередной эпизод американской политики, а как наглядный провал публичной аналитики: если вы выводите на витрину миллиарды, но не показываете методику, идентификаторы и ограничения данных, рано или поздно аудит выключит красивую панель.
По данным Ars Technica, отчет GAO, подготовленный аудиторским подразделением Конгресса США, появился после запроса сенаторов Гэри Питерса и Ричарда Блюменталя в июне 2025 года. Аудиторы проверили так называемую Wall of Receipts — публичную витрину DOGE, на которой команда отчитывалась о сбережениях для бюджета. Вывод получился неприятно конкретным: по 13 553 из 15 887 якобы прекращенных грантов DOGE не дало достаточно информации, чтобы понять, как именно считалась экономия и что в нее вообще входило. Речь идет о 96% всей суммы, которую DOGE записало себе в плюс по грантам. Всего GAO разбирало не весь массив заявлений, а $110,3 млрд по трем категориям: $49,2 млрд по грантам, $61 млрд по контрактам и $113 млн по аренде. При этом на самой витрине DOGE фигурировала общая сумма в $215 млрд, хотя изначально Маск ставил цель сэкономить для государства $1 трлн.
Где у DOGE развалилась арифметика
С контрактами картина оказалась примерно такой же, только без эффекта одной крупной цифры. GAO проверяло, применяла ли DOGE собственную методику расчета экономии так, как обещала публично. Ответ: только для 27,5% отраженной экономии по контрактам. Для 60,7% аудиторы пришли к выводу, что заявленная методика фактически не соблюдалась. Еще по 11,8% сделать вывод вообще не удалось, потому что в данных не хватало идентификаторов контрактов. Но и там, где DOGE формально следовало своим правилам, результат не выглядел надежным. Аудиторы отдельно указали, что сокращение стоимости контракта не равно автоматической экономии для бюджета: нужно учитывать расходы на расторжение, последующие обязательства, снятие обязательств и другие детали закрытия сделки. Иными словами, DOGE посчитало красивую разницу в таблице, но не доказало, что эта разница превратилась в реальные свободные деньги.
С арендой вышло еще нагляднее. DOGE заявляло о $113 млн экономии, но если сложить сделки, перечисленные на той же Wall of Receipts, получается лишь $53,5 млн. Откуда взялась почти двукратная разница, GAO понять не смогло: DOGE отказалось от интервью и не предоставило пояснений. Более того, 108 из 264 объектов аренды, которые DOGE указало как прекращенные, уже находились в процессе расторжения на момент создания службы. Это еще около $15,3 млн экономии, к которой DOGE пришло, мягко говоря, не первым. Есть и более показательный эпизод. По состоянию на 30 марта 2025 года DOGE заявляло о 679 прекращенных арендах почти на $400 млн. Позже 145 из этих записей, на $346 млн, просто исчезли с витрины, потому что соответствующие договоры больше не рассматривались как кандидаты на расторжение. Если перенести этот кейс в корпоративный мир, получится классическая история про KPI, который задним числом чистят от неудобных строк.
Контекст делает отчет GAO еще более неудобным для Белого дома. DOGE с самого начала строилось как структура, которая действует быстро и не особенно любит объяснять, как именно получаются цифры. В прошлом году сотрудники демократов в Сенате описывали визиты в три агентства почти как сцену из сериала о силовиках: вооруженная охрана, запертые двери, окна, заклеенные мусорными пакетами. После публикации отчета сенатор Гэри Питерс заявил по сути следующее: Маск и администрация Трампа объявляли миллиардные сбережения без внятных подтверждений, записывали на свой счет уже идущую работу и параллельно создавали риски для чувствительных данных и самих ведомств. Это бьется и с более ранней критикой из Brookings Institution, где исследователь назвал подход DOGE не борьбой с жиром, а ударом по мышцам системы. В подтверждение он приводил 25 747 случаев, когда администрация резко увольняла людей, а затем брала их обратно.
Почему этот отчет важен не только для Вашингтона
Для разработчиков, продактов и IT-директоров эта история полезна как жесткий антипример того, как не надо строить публичную отчетность об эффективности. Проблема DOGE не только в политике и не только в том, что цифры оказались завышены. Проблема в том, что у этих цифр не было нормальной трассировки. Нельзя показать, от какого контракта, гранта или аренды пошла экономия, по какой формуле она считалась, какие ограничения были у источника, где уже начатое расторжение, а где новая инициатива команды. В продуктовой среде это выглядело бы как дашборд без словаря метрик, без версии методики и без пометки, что часть значений предварительная. Пока на него смотрит только внутренняя команда, можно делать вид, что все под контролем. Как только цифры становятся политическим обещанием, аргументом в споре за бюджет или основанием для громких кадровых решений, отсутствие методологии превращается в репутационный риск с юридическим хвостом.
Есть и второй слой этой истории — управленческий. На той же неделе GAO выпустило отдельный отчет о персонале и этике DOGE. Аудиторы насчитали 206 сотрудников DOGE в аппарате президента США, причем многие из них были одновременно прикомандированы к другим ведомствам. Представители Executive Office of the President заявили, что эти сотрудники проходят те же этические тренинги и обучение по управлению документами, что и остальные работники аппарата. Но проверить это аудиторы не смогли: доступ к данным о прохождении обучения и финансовых раскрытиях им не предоставили. Белый дом в ответ на запрос Ars сообщил лишь, что все сотрудники, независимо от связи с DOGE, обязаны проходить этическое обучение и соблюдать требования по финансовому раскрытию. На сам отчет о сомнительной экономии ответа по существу не последовало. Для любой IT-организации, которая продает себя через прозрачность, контроль и измеримость результата, это уже не мелкая недоработка, а системный сигнал о том, что процессом управляют в ручном режиме.
Формальная миссия временной DOGE завершилась 4 июля 2026 года, но переименованная US DOGE Service как структура внутри аппарата президента никуда не делась — на это GAO указало отдельно. Поэтому следующий вопрос уже не в том, сколько еще нулей можно дорисовать на стене достижений, а в том, появится ли у этой машины нормальная инженерия данных: с понятной методикой, журналом изменений и цифрами, которые выдерживают не пресс-релиз, а аудиторскую проверку. История с DOGE слишком хорошо показывает старую проблему любой большой цифровой трансформации: дашборд без проверяемого бэкенда живет ровно до первого серьезного аудита. Подробности разбора — в материале .