Около 500 человек примут участие в конкурсе Younger, где победит не самый быстрый и не самый сильный, а тот, кто заметнее снизит биологический возраст за шесть месяцев. Для IT-аудитории это не просто странный фитнес-челлендж, а живой тест рынка longevity: данных много, метрик еще больше, а надежных выводов пока меньше, чем хотелось бы.
Конкурс запускает нейробиолог и врач Кристин Глориозо, основательница и CEO NeuroAge Therapeutics, сообщает MIT Technology Review. Ее компания занимается инструментами для отслеживания здоровья мозга и старения, а также проводит исследование, которое должно проверить, может ли биологический возраст мозга предсказывать риск болезни Альцгеймера. Официальный старт Younger намечен на январь, но участники могут начинать свой шестимесячный период после базовых измерений. По словам Глориозо, уже зарегистрировались около 120 человек, итоговая цель — 500.
Механика конкурса выглядит как смесь спортивной лиги, лабораторного исследования и стартап-демо-дня. Участники сдают образцы крови, проходят когнитивные задания, фиксируют физические показатели вроде силы хвата и загружают селфи в приложение, которое оценивает возраст лица. На основе этих данных формируется набор оценок: общий биологический возраст, темп старения, возраст отдельных систем организма, включая сердце и мозг. Есть и публичная таблица лидеров: среди первых семи участников один оказался почти на 29 лет «моложе» паспортного возраста, а другой, 47-летний, получил оценку 68,1 года. Самый жесткий показатель у него связан со скоростью подъема со стула: по этой метрике система дала возраст 100 лет.
Базовый пакет участия стоит $999. Он включает тест от TruDiagnostic, который анализирует эпигенетические метки на ДНК, когнитивные задания NeuroAge, физические измерения и оценку возраста лица. Есть и версия Ultra за $4 499: там добавляются другие анализы крови, дополнительные «часы старения», МРТ и DEXA-сканирование. Для участников это дорогой способ превратить биохакинг в игру. Для компаний — возможность собрать данные, которые обычно требуют дорогих клинических исследований.
Главная интрига в том, что «часы старения» пока не похожи на термометр, который можно приложить ко лбу и получить понятный результат. Таких моделей уже больше сотни. Одни смотрят на химические метки поверх ДНК, другие — на белки или липиды в крови, третьи оценивают функциональное состояние организма или пытаются прогнозировать смертность. Ученым эти инструменты полезны: с их помощью изучают старение, развитие и влияние вмешательств у людей и животных. Но применять их как персональный диагноз пока рискованно. Не всегда понятно, что именно измеряет конкретная модель и насколько ее результат можно сравнивать с другой.
Именно это Глориозо хочет проверить на практике. Она рассчитывает собрать один из самых полных наборов данных по разным «часам» и посмотреть, как они соотносятся между собой, с поведением участников и с изменениями за полгода. В рамках конкурса некоторым людям предложат низкорисковые вмешательства от партнеров: например, маски с красным светом, сауну и похожие продукты из арсенала индустрии долголетия. Для стартапов это удобный формат: полноценное клиническое исследование дорого, а рынок требует хоть каких-то цифр, желательно вчера.
Для бизнеса вокруг здоровья и данных Younger интересен еще и как UX-эксперимент. Рынок давно научился продавать шаги, сон, пульс и зоны нагрузки. Теперь он пытается упаковать старение в понятную механику: рейтинг, прогресс, цель, соревнование, бейдж «помолодел». Это хорошо ложится на привычки пользователей, воспитанных фитнес-трекерами и дашбордами продуктивности. Но тут же появляется проблема: чем красивее интерфейс, тем легче забыть, что метрика спорная, шумная и чувствительная к методике измерения.
В источнике приводится пример врача Хиллари Лин из Нью-Йорка, которая уже начала фиксировать базовые показатели. Ей 37 лет, и прошлый тест TruDiagnostic оценил ее темп старения в 0,75: то есть примерно девять месяцев биологического старения за календарный год. Лин при этом уже соблюдает высокобелковую низкоуглеводную диету, ежедневно тренируется и регулярно ходит в сауну. Она считает, что в конкурс стоило бы добавить больше анализов крови, а шести месяцев может не хватить, чтобы увидеть устойчивые изменения. Это трезвая ремарка: участники с хорошими привычками могут улучшить сон и питание, но отделить эффект от статистического шума будет непросто.
Для разработчиков, продактов и основателей healthtech-проектов эта история полезна как напоминание: персональная медицина быстро превращается в продуктовую категорию, где научная неопределенность соседствует с подписками, лидербордами и дорогими пакетами. Следующий спор будет не о том, можно ли посчитать биологический возраст, а о том, кто имеет право превращать такой расчет в потребительский скоринг — и как объяснять пользователю разницу между полезным сигналом, маркетинговой витриной и красивой цифрой, которую слишком легко принять за судьбу. Подробнее о запуске конкурса пишет .