Реплика Cray-1 в испанском Museo de Historia de la Computación собрана из 30 Mac mini, в основном выпущенных в 2012 году. Кластер уже развивает до 1,3 Тфлопс — в несколько раз больше теоретического пика оригинального суперкомпьютера 1976 года. Для разработчиков это наглядное напоминание: за полвека вычислительная мощность переехала из специализированной машины размером с мебельный гарнитур в коробки, которые ещё недавно списывали как устаревшие.
Проект создавали 18 месяцев как двойной юбилейный жест — к 50-летию Cray-1 и основанию Apple, сообщает Ars Technica. Внешне экспонат повторяет знаменитую цилиндрическую машину с мягкой круговой скамьёй, но внутри работает совсем другая логика: не один векторный суперкомпьютер, а распределённый кластер из потребительских компьютеров.
В составе системы пять Mac mini с четырёхъядерными Intel Core i7 и 25 машин с двухъядерными Core i5. Два устройства относятся к 2014 году, остальные — к 2012-му. В последних тестах задействовали 64 вычислительных ядра и получили 1,3 Тфлопс при умножении матриц в собственном Python-скрипте. Ранее, когда работали все 70 ядер, музей сообщал о результате 1,5 Тфлопс. Это не попытка выдать экспонат за современный HPC-кластер: измерение нужно прежде всего для того, чтобы посетитель мог увидеть, как растёт производительность от одного ядра к полного набора узлов.
Сравнение с оригиналом получается почти издевательски убедительным. Cray-1, представленный в 1976 году, имел теоретическую пиковую производительность около 160 Мфлопс. Его сильной стороной была векторная обработка: одна инструкция применяется к множеству элементов данных. Реплика Cray-1 решает задачу иначе — разбивает работу между независимыми процессорами. Производительность выросла не потому, что музей воспроизвёл архитектуру Сеймура Крэя, а потому, что у него под рукой оказались десятки массовых компьютеров из совсем другой технологической эпохи.
Программная часть здесь не менее показательна, чем корпус. Вместо привычного Linux команда выбрала macOS Mojave 10.14: систему использовали вместе с поддержкой MPI, интерфейса передачи сообщений между процессами. Главный Mac mini расположен в терминале управления и распределяет работу по узлам. Сам терминал стилизован под технику 1970-х: авторы соединили мотивы DEC VT05 и Processor Technology Sol-20, добавили аналоговую панель. От идеи с ЭЛТ-мониторами отказались — современные плоские дисплеи оказались практичнее, чем борьба с интерфейсами разных десятилетий.
Отдельная инженерная задача — не превратить музейный зал в серверную. Mac mini установлены вертикально в стальном шасси на алюминиевых направляющих. Такая компоновка использует естественную конвекцию: нагретый воздух поднимается вверх и выходит через решётки, поэтому дополнительная вентиляция не потребовалась. Самый заметный шум, по оценке музея, создают два гигабитных Ethernet-коммутатора у основания конструкции — 30–33 дБ. Их планируют заменить бесшумными моделями.
Для бизнеса в этой истории нет рецепта «соберите продакшен из списанных мини-ПК». Потребительские машины, старые версии ОС и самодельная стойка не заменяют поддержку, резервирование, мониторинг и предсказуемую экономику облака. Но экспонат хорошо объясняет базовую вещь, которую за аббревиатурами HPC и AI-кластеров часто перестают замечать: масштабирование — это не магия железа, а баланс архитектуры задачи, сети, планировщика и отказов узлов. Один выпавший компьютер уже меняет доступный объём ядер и итоговый результат бенчмарка.
Музей оставил вторую половину башни пустой и рассчитывает через краудфандинг купить ещё 70–80 Mac mini на Apple M4. Цель сформулирована амбициозно — попасть в рейтинг TOP500. Даже если до списка дело не дойдёт, реплика Cray-1 уже работает как редкая честная демонстрация прогресса: старые настольные компьютеры не стали «суперкомпьютером» сами по себе, но правильно собранный кластер сделал историю вычислений осязаемой.