На Тайване предъявили обвинения девяти участникам дела о поставках систем с Nvidia B300 в Китай в обход экспортных ограничений. История про контрабанду Nvidia B300 выглядит не как банальная серая логистика, а как аккуратно собранная схема с инсайдерами у вендора, дистрибутора и на стороне формальной проверки, что для IT-рынка куда тревожнее самих уголовных формулировок.
По данным Tom's Hardware, прокуратура округа Килунг описала пятизвенную схему, которая позволила провести через цепочку поставок 130 систем с ускорителями Nvidia B300, хотя такие сделки должны были проходить через жесткий контроль конечного пользователя. Формально тайваньская «дочка» Supermicro продает B300 только покупателям из белого списка: они подписывают обязательство не перепродавать оборудование и не отправлять его подсанкционным клиентам, включая заказчиков в Китае. Если заказ крупный, от восьми единиц и выше, запускается выездная проверка площадки с участием представителей обеих компаний.
Дальше начинается инженерия уже не железа, а процесса. Тайваньская торговая компания Flying Tiger Tech получила статус доверенного покупателя и заказала 130 систем, заявив, что сама будет конечным пользователем и разместит оборудование на Тайване. Заказ при этом оформлялся через Albatron Technology, официального дистрибутора Supermicro и публичную компанию. Такой маршрут, как следует из материалов дела, помог скрыть происхождение денег и не поднимать лишних вопросов внутри стандартного комплаенс-контура. Для прохождения инспекции Flying Tiger показала документы по размещению в дата-центре Chief Telecom, тоже публичной тайваньской компании. Но, как утверждают следователи, вместо полноценной аренды был представлен лишь коммерческий расчет, а сама площадка при инспекции в сентябре 2025 года физически не тянула запуск 130 B300: не хватало стоек, питания и пропускной способности.
Самая неприятная часть этой истории для рынка в том, что сбой произошел не на внешнем периметре, а внутри. В обвинении фигурирует менеджер по продажам Nvidia Taiwan, который, как пишет издание, продавил квоту и сообщил в штаб-квартиру, что инспекция завершена. Старший менеджер по продажам тайваньского подразделения Supermicro, по версии следствия, консультировал Flying Tiger по прохождению проверки. Еще один менеджер Supermicro, как утверждается, узнал, куда на самом деле уходит оборудование, но вместо сигнала комплаенсу присоединился к комиссии. На этом фоне разговоры о том, что «система отслеживает каждую единицу», звучат уже не как защита, а как хороший слоган для презентации.
В итоге Supermicro одобрила продажу 130 систем тремя партиями: 2, 64 и 64 единицы. Из первых 74 систем 16, по данным следствия, напрямую ушли в Китай в январе 2026 года. Еще 50 отправили в Индонезию, а затем переправили в Китай. Восемь единиц ушли в японскую компанию, которую контролировали обвиняемые, после чего маршрут продолжился через Гонконг в Китай. Только этот блок поставок, как сообщается, принес $21,21 млн прибыли. Схема начала разваливаться, когда еще 56 систем были заявлены к вывозу в Японию, а клиенты запросили разрешение на экспорт стратегической высокотехнологичной продукции. Тогда фигуранты подали документы, приложив поддельные макеты сайта Supermicro, собранные из фрагментов настоящих страниц. После огласки эту партию уже не выпустили из страны.
Отдельно прокуроры описывают вторую схему, уже не про экспорт, а про деньги внутри канала. Генеральный директор Albatron, менеджер Supermicro и руководитель небольшой электроник-компании, как утверждается, провели фиктивные работы по установке оборудования на 39 млн новых тайваньских долларов. Деньги якобы были разделены между участниками. Глава этой небольшой компании сдался следствию, признал участие и назвал других фигурантов в обмен на смягчение. Но даже в таком сценарии им, по данным публикации, грозит до пяти лет по экспортным эпизодам и до шести лет по эпизодам, связанным с присвоением средств.
Контекст здесь не менее важен, чем сами цифры. За несколько дней до этой публикации Supermicro сообщила, что уволила нескольких сотрудников после внутреннего расследования по американскому направлению контрабанды и не нашла доказательств того, что контролируемая продукция продавалась запрещенным получателям с ведома топ-менеджмента. Но тайваньский кейс, как подчеркивает Tom's Hardware, вскрыли не аудиторы самой компании, а местные прокуроры. Для рынка это плохой сигнал: формальные политики, whitelist-механики и выездные инспекции работают ровно до того момента, пока в цепочке нет людей, готовых монетизировать исключение.
Для русскоязычной IT-аудитории в этой истории важны не только громкие бренды. Во-первых, экспортный контроль в AI-железе уже давно перестал быть темой только для юристов и внешней торговли: он напрямую влияет на сроки закупок, архитектуру дата-центров, доступность ускорителей и стоимость инфраструктурных проектов. Во-вторых, кейс показывает, что bottleneck теперь не только в дефиците чипов, но и в доверии к каналам поставки. Если вендоры и дистрибуторы будут закручивать проверку после таких эпизодов, больше всего это ударит по нормальным заказчикам: тем, кто и так неделями согласует поставки, мощности и конечного пользователя. В-третьих, контрабанда Nvidia B300 подталкивает регуляторов к еще более жестким правилам не только для Китая, но и для транзитных маршрутов через Юго-Восточную Азию, Японию и Гонконг.
Главный вопрос теперь не в том, была ли эта схема изощренной. Она была достаточно приземленной: белый список, знакомый дистрибутор, формальная площадка, несколько нужных подписей и люди, которые решили не задавать лишних вопросов. Вопрос в другом: насколько глубоко производители AI-инфраструктуры готовы пересобирать собственный комплаенс, если выясняется, что слабое место не в документах и не в санкционном списке, а в тех, кто эти документы утверждает.