Австрийская правозащитная организация Noyb подала пять жалоб на американскую Scale AI в четырёх странах ЕС. Поводом стала предполагаемая слежка за разметчиками данных на платформе Outlier: активисты считают, что сервис собирал биометрию, данные об устройствах и действиях исполнителей заметно шире, чем нужно для проверки личности и оплаты работы. Для компаний, использующих распределённые команды и подрядчиков для обучения ИИ, это ещё один сигнал: «удалёнка» не отменяет европейские ограничения на контроль работников.
Как сообщает The Register, жалобы поданы во Франции, Италии, Нидерландах и Австрии. Они направлены против Scale AI — поставщика услуг по разметке и оценке данных для ИИ. Через Outlier исполнители размечают наборы данных, проверяют ответы моделей и выполняют другие задания, помогающие обучать и тестировать системы машинного обучения. Среди клиентов Scale AI издание называет OpenAI, xAI, Anthropic, Google и структуры правительства США.
Главная претензия Noyb — не сам факт верификации исполнителей, а масштаб и характер сбора информации. По версии организации, для идентификации подрядчиков используется сервис Persona, который может получать биометрические данные. Кроме того, в жалобах упомянуты IP-адреса, сведения об устройстве, геолокация, адресные и кредитные данные. Для платформы, работающей с анонимными на вид микрозадачами, такой набор выглядит как полноценное досье на человека.
Активисты также утверждают, что Outlier собирал системные данные и сведения об активности устройства, включая действия за пределами самой работы на платформе. Эти данные, по их словам, передавались третьим сторонам — включая LinkedIn, TikTok, Facebook и аналитические сервисы — с периодичностью до нескольких секунд. Если регуляторы подтвердят такую практику, вопрос будет не только в навязчивой аналитике: данные могут использоваться для профилирования работников и таргетированной рекламы.
Исследователь французской группы DIPLab Тома Ле Бонник, участвовавший в недавнем исследовании методов сбора данных Outlier, назвал платформенную занятость благоприятной средой для нового типа надзора на рабочем месте. Его аргумент прост: контроль, который в обычном офисе вызвал бы немедленные вопросы у сотрудников и профсоюзов, легче спрятать в согласии с условиями сервиса, браузерных разрешениях и требованиях антифрода.
Noyb обвиняет Scale AI в нарушении сразу нескольких принципов GDPR. Во-первых, компания якобы не имела достаточного правового основания для установки или использования средств отслеживания на устройствах подрядчиков. Во-вторых, речь идёт о принципе минимизации данных: бизнес должен собирать только то, что необходимо для заранее определённой цели. В-третьих, заявители говорят, что Scale AI не ответила на запросы о доступе к персональным данным, хотя такое право прямо предусмотрено GDPR. Помимо общеевропейских норм, жалобы ссылаются на национальное законодательство стран, где они поданы.
Scale AI отвергает обвинения. После публикации материала компания заявила, что претензии основаны на неточной информации, а практики Outlier раскрываются исполнителям и требуют их согласия. По её версии, используемые инструменты нужны для проверки личности, борьбы с мошенничеством, защиты конфиденциальной информации по проектам и корректных выплат. Это ожидаемая позиция для платформы, где фрод действительно может быть проблемой: один исполнитель способен создавать несколько аккаунтов, использовать чужую личность или выдавать машинный ответ за ручную проверку. Но согласие само по себе не является универсальным разрешением на всё: в отношениях, где одна сторона зависит от доступа к работе и выплатам, европейские регуляторы особенно внимательно оценивают, было ли оно добровольным.
Для российских команд, работающих на зарубежные рынки, история полезна не юридической экзотикой, а перечнем практических рисков. Если в продукте есть трекер продуктивности, запись экрана, биометрическая проверка, антифрод-SDK или маркетинговые пиксели, разработчикам и продактам стоит понимать, какие именно события уходят наружу. Особенно опасна ситуация, когда один и тот же агент собирает техническую телеметрию, проверяет личность и отправляет события рекламным платформам: формально каждый компонент может иметь своё назначение, но в сумме получается слежка за разметчиками или другими исполнителями.
Отдельный урок — для тех, кто закупает разметку данных у подрядчиков. Вендорская анкета «мы соблюдаем GDPR» не отвечает на важные вопросы: какие данные собираются на устройстве аннотатора, кто получает их дальше, как долго они хранятся, можно ли отключить несущественные трекеры и как исполняются запросы на доступ и удаление. Эти детали становятся частью риска заказчика, особенно если он передаёт подрядчику чувствительные датасеты или работает с пользователями из ЕС.
Европейские органы по защите данных теперь должны решить, достаточно ли оснований для расследования и санкций. Дело может оказаться важнее одной платформы: рынок обучения ИИ всё сильнее зависит от тысяч удалённых исполнителей, а слежка за разметчиками рискует стать его тихим стандартом. Чем больше компаний строят контроль поверх антифрода и аналитики, тем вероятнее, что регуляторы потребуют разделить действительно необходимую защиту и наблюдение, удобное прежде всего платформе. Подробнее о жалобах и исследовании практик Outlier можно прочитать в .
