Госдума приняла законопроект, который фиксирует порог выручки УСН для обязательной уплаты НДС на уровне 20 млн рублей в год на 2027-2029 годы. Для малого бизнеса это не просто налоговая правка: у компаний появляется хоть какая-то предсказуемость в расчётах, а у IT-подрядчиков, студий, интеграторов и сервисных команд на «упрощёнке» — повод заново пересобрать финансовые модели без ожидания очередного снижения лимита уже через несколько месяцев.
Речь идёт о поправках в Налоговый кодекс, сообщает vc.ru. Законопроект сохраняет на следующие три года тот же порог, который уже установлен на 2026 год: если бизнес на упрощённой системе налогообложения доходит до выручки в 20 млн рублей, он становится плательщиком НДС. Иными словами, сценарий, при котором лимит в 2027 году снижался бы ещё сильнее, пока снимается с повестки. Для компаний, которые живут не только по продуктовой логике, но и по Excel, это новость из редкой категории «хотя бы не стало хуже».
Контекст здесь важнее самой формулировки. В 2025 году был принят закон о поэтапном снижении порога выручки для бизнеса на УСН и патентной системе налогообложения. До реформы ориентир составлял 60 млн рублей в год, а затем график выглядел довольно жёстко: с 2026 года порог снижался до 20 млн рублей, в 2027-м его собирались опустить до 15 млн, в 2028-м — до 10 млн. Для малого бизнеса это означало простую и неприятную вещь: даже если компания не растёт агрессивно, а просто удерживает оборот, она всё равно всё быстрее упирается в НДС со всеми вытекающими административными и ценовыми последствиями.
Именно поэтому нынешняя «заморозка» важна не только бухгалтерии. Для части IT-рынка режим УСН остаётся рабочей моделью: на нём живут небольшие аутсорс-команды, продуктовые микростудии, агентства разработки, компании поддержки, подрядчики по автоматизации и многие сервисные бизнесы, у которых выручка может плавать вокруг этого самого порога. Когда лимит собирались понижать с 20 до 15, а затем до 10 млн рублей, это фактически сужало коридор, в котором можно было оставаться на предсказуемой налоговой конфигурации. Теперь этот коридор не расширили, но хотя бы не продолжают сжимать.
Политически история тоже развивалась быстро. В начале июня 2026 года с предложением не снижать порог дальше выступил президент России Владимир Путин. Тогда же в Госдуму внесли соответствующий законопроект. Само по себе это показательно: если изначальная логика реформы была в постепенном вовлечении всё большего числа малых компаний в режим уплаты НДС, то теперь власти, похоже, признают, что слишком резкое снижение планки может ударить по тем сегментам, которые и без того работают на тонкой марже. Особенно в отраслях, где стоимость услуг определяется не только спросом, но и конкуренцией с самозанятыми, ИП и командами, которые умеют очень быстро пересобрать юрструктуру.
При этом новость не выглядит безоблачной даже для малого бизнеса. В источнике отдельно упоминается критика со стороны предпринимателей: претензии возникли из-за того, что заморозка касается компаний на УСН, но не решает проблему для бизнеса на патентной системе налогообложения. В обсуждении этот перекос уже называли дискриминацией ПСН. Формально логика понятна: власти корректируют конкретный режим, по которому и вводился новый ориентир на 2026 год. Практически же получается знакомая российскому бизнесу конструкция: одним дали передышку, другие остались в старой развилке и с тем же набором налоговых рисков.
Для IT-аудитории здесь важен не только размер лимита, но и управленческий эффект. Порог выручки УСН в 20 млн рублей становится более стабильной точкой для бюджетирования, расчёта ставок и планирования нагрузки на штат. Если раньше компании приходилось закладывать в модель быстрый переход к НДС из-за дальнейшего снижения лимита, то теперь горизонт стал длиннее. Это влияет на цену контрактов, на структуру договоров и на решение, когда нанимать людей в штат, а когда оставаться компактной командой. Для стартапов и сервисных компаний на ранней стадии это ещё и вопрос кассового режима: НДС редко воспринимается как абстракция, когда ты считаешь runway не в годах, а в кварталах.
Но расслабляться тут рано. Заморозка не возвращает рынок в прежнюю реальность с лимитом 60 млн рублей. Порог уже опущен до 20 млн, и именно этот уровень останется ориентиром на 2027-2029 годы. То есть речь не о налоговой либерализации, а о фиксации уже ужесточённых правил. Для бизнеса это означает следующее: те, кто и так балансирует около отметки в 20 млн, не получают послабления, а получают более понятное расписание. Это полезно, но не волшебно. Придётся точнее следить за выручкой, внимательнее считать структуру клиентов и заранее понимать, в какой момент налоговая модель перестанет быть удобной.
Есть и более широкий эффект. Российская налоговая политика в отношении малого бизнеса всё заметнее движется от щедрых лимитов к более контролируемой системе, где государство пытается не столько стимулировать рост, сколько аккуратно подводить компании к «взрослому» режиму. История с УСН показывает, что этот курс могут корректировать, если давление оказывается слишком резким, но сам вектор не меняется. Поэтому главный вопрос теперь не в том, комфортен ли рынок порог выручки УСН на уровне 20 млн рублей, а в том, где власти проведут следующую границу между поддержкой малого бизнеса и желанием собрать больше НДС без лишнего политического шума.