IBM выделяет в отдельную компанию Anderon и подкрепляет проект суммой до $2 млрд: $1 млрд должна дать американская программа CHIPS Act на исследования и разработку, еще $1 млрд обещает сама корпорация. Для рынка это не очередной красивый слайд про квантовое будущее, а попытка построить первую в США независимую квантовую фабрику, которая будет выпускать чипы не только для IBM, но и для чужих квантовых платформ. Для русскоязычной IT-аудитории здесь важен не только бюджет, но и сам сдвиг модели: квантовое железо хотят перевести из клубного формата «каждый варит сам» в более привычную схему foundry-сервиса.
Как пишет Tom's Hardware, новая компания будет базироваться в Олбани, штат Нью-Йорк, и работать на 300-мм пластинах. Это важная деталь, а не технологическая косметика. В классической микроэлектронике переход на более крупные пластины давно означает более зрелое и масштабируемое производство; в квантовых вычислениях такая инфраструктура пока редкость. Anderon должна предлагать производственные услуги сторонним разработчикам квантового оборудования, в первую очередь тем, кто работает со сверхпроводниковыми кубитами. По замыслу IBM, это будет что-то вроде TSMC для квантовых процессоров. С поправкой на один неловкий нюанс: TSMC не конкурирует с клиентами за конечный продукт, а IBM конкурирует, и весьма активно.
Что именно запускает IBM
Anderon станет центральным элементом более широкой федеральной программы поддержки квантовой отрасли на $2,013 млрд, распределенной между девятью компаниями. Из этой суммы на проект IBM приходится почти половина. Отдельно GlobalFoundries получила $375 млн на запуск foundry-направления Quantum Technology Solutions, которое должно покрыть сразу несколько архитектур кубитов: сверхпроводниковую, ионную, фотонную и silicon-spin. Еще семь игроков получили меньшие пакеты: D-Wave, Rigetti, Atom Computing, Infleqtion, PsiQuantum и Quantinuum — по $100 млн, австралийская Diraq — до $38 млн. Для этих семи компаний предусмотрено условие о миноритарной и неконтролирующей доле государства в обмен на финансирование. В публикации также упоминается, что Rigetti отдельно раскрыла механизм с дисконтом к обыкновенным акциям, а GlobalFoundries сообщила о 1-процентной федеральной доле. По Anderon такой детали в анонсе IBM не было.
С технической стороны Anderon опирается не на чистую презентацию, а на уже существующую площадку Albany NanoTech Complex, которой управляет некоммерческая структура NY CREATES. IBM еще в ноябре сообщала, что ее текущие и будущие квантовые процессоры строятся именно на 300-мм кремниевых пластинах в Олбани. Руководитель исследований IBM Джей Гамбетта тогда утверждал, что переход с 200 мм на 300 мм ускоряет выпуск устройств примерно в 30 раз: за счет десятикратного роста сложности устройств и примерно трехкратного увеличения числа устройств на линии. Если цифра выглядит слишком красивой для корпоративного слайда, это нормально; но даже без нее сам переход на 300 мм говорит о попытке сделать квантовое производство ближе к дисциплине зрелой полупроводниковой индустрии.
У IBM уже есть что на этой линии выпускать. В материале упоминаются Heron r2 с 156 кубитами фиксированной частоты и Nighthawk, который в январе был выведен в ранний доступ через облачную платформу IBM Quantum. У Nighthawk 120 кубитов, квадратная решетка, 218 настраиваемых coupler-соединений и медианное время когерентности T1 около 350 микросекунд. Дальше по дорожной карте идут Starling в 2029 году — около 200 логических кубитов и 100 млн операций — и Blue Jay в 2033-м с 2000 логических кубитов и 1 млрд операций. Все это требует промышленного процесса, который умеет жить не только в лаборатории, но и в цикле повторяемого выпуска. Начальный техпроцесс Anderon должен поддерживать сверхпроводящую разводку, through-silicon vias и bump interconnects; позже компания обещает расширяться на другие типы кубитов.
Почему это важно не только для физиков
Главный вопрос здесь не в том, сможет ли IBM сделать еще один хороший квантовый чип для себя. С этим она и так справляется лучше многих. Главный вопрос в другом: появится ли на рынке нейтральный — или хотя бы достаточно полезный — производственный слой, на который смогут опереться другие игроки. Пока квантовая отрасль устроена почти по-ремесленному принципу: компании сами проектируют, сами строят, сами запускают. Это дорого, медленно и плохо масштабируется. Если Anderon действительно предложит стандартизированные process design kits, встроенное тестирование пластин и понятные производственные маршруты, часть стартапов сможет не тратить годы и десятки, а потом и сотни миллионов долларов на строительство собственных чистых комнат. Для отрасли это шанс сдвинуться от демонстраторов к промышленной дисциплине.
Но красивый тезис про «TSMC для квантов» ломается о структуру рынка. Потенциальных клиентов у Anderon пока немного. В ближнем контуре это в основном компании, работающие со сверхпроводниковым подходом: Rigetti, IQM, SEEQC и еще несколько более мелких игроков. Google вряд ли понесет свои сверхпроводниковые чипы к IBM: у нее есть собственное производство в Санта-Барбаре и собственная программа с процессором Willow. Компании вроде IonQ и Quantinuum используют trapped-ion архитектуры, у Microsoft — отдельный маршрут с топологическими кубитами, и технологическое пересечение с линией IBM у них минимальное. Иначе говоря, адресуемый рынок на старте не просто узкий, а очень узкий. Клиенту нужно будет взвесить доступ к 300-мм производству против риска делиться производственными знаниями с крупнейшим конкурентом.
Есть и еще один слой иронии. Олбани становится центром новой квантовой фабрики спустя десять с лишним лет после того, как IBM фактически свернула собственное чиповое производство в регионе. В 2014 году компания заплатила GlobalFoundries $1,5 млрд, чтобы та забрала убыточные фабрики East Fishkill на 300 мм и Essex Junction на 200 мм; вместе они теряли около $700 млн в год. Потом GlobalFoundries продала East Fishkill компании ON Semiconductor, сделка была завершена в 2023-м, а судебные споры IBM и GlobalFoundries по исходным условиям урегулировали лишь в январе 2025 года. Теперь IBM возвращается к производственной истории в штате Нью-Йорк не как к классическому чипмейкеру, а как к архитектору инфраструктуры для новой технологической гонки.
Эта гонка, собственно, и объясняет масштаб ставок. По данным из публикации, американский пакет в $2 млрд выходит на сцену в момент, когда Китай уже оценивает прямые вложения в квантовые технологии минимум в $15 млрд, а его National Venture Guidance Fund с прошлого года авторизовал 1 трлн юаней на «жесткие» технологии в целом. Япония продвигает программу индустриализации Quantum Sun, где на полупроводники и квантовые технологии в сумме заложено около $7,4 млрд. На этом фоне европейский Quantum Flagship с бюджетом в €1 млрд на десять лет выглядит скорее аккуратной научной программой, чем промышленным ответом. Для бизнеса это означает простую вещь: квантовые вычисления все меньше похожи на исследовательский кружок при университете и все больше — на поле, где выигрывает не самый громкий пресс-релиз, а тот, кто успеет собрать производственную цепочку раньше других.
Для разработчиков, продактов и IT-руководителей из этого пока не следует, что пора переписывать дорожные карты под квантовые алгоритмы. Но один вывод уже вполне практичный: рынок начинает строить слой поставщиков и подрядчиков вокруг квантового железа, а без такого слоя ни одна аппаратная индустрия не взрослеет. Если Anderon сумеет стать не просто внутренним заводом IBM с красивой вывеской, а реальной точкой входа для сторонних компаний, квантовая фабрика перестанет быть экзотикой из презентаций и станет частью промышленной инфраструктуры. Вопрос теперь не в том, можно ли сделать foundry для квантовых чипов, а в том, готовы ли конкуренты IBM покупать у нее доступ к этому конвейеру.