Берни Сандерс внес в Сенат законопроект, который предлагает передать обществу 50% голосующих акций американских AI-компаний и направлять гражданам дивиденды по $1000 в год. Для русскоязычной IT-аудитории это не экзотика из вашингтонского новостного цикла, а сигнал: вокруг ИИ теперь спорят не только о моделях, чипах и дата-центрах, но и о том, кому вообще должна принадлежать будущая прибыль от этой отрасли.
Как пишет Tom's Hardware, речь идет о законопроекте American AI Sovereign Wealth Fund Act. Документ предполагает создание суверенного фонда и отдельного органа управления — Independent Commission for Democratic AI. В комиссию должны войти семь двухпартийных членов: их назначает президент, а утверждает Сенат. Именно эта структура, по замыслу Сандерса, будет контролировать 50% голосующих акций американских технологических компаний, работающих в ИИ. Идея предельно жесткая даже по меркам американской политики: государство не просто регулирует отрасль, а получает инструмент для блокировки решений, которые, как сказано в описании инициативы, вредят обществу, и для продвижения решений, которые ему помогают.
Офис сенатора оценивает потенциальный размер такого фонда в $7 трлн, если брать текущую стоимость компаний, на которые он ориентируется. При доходности в 5% годовых, по расчету авторов инициативы, это позволило бы выплачивать всем жителям США по $1000 в год. Деньги, впрочем, не единственная цель. В описании законопроекта прямо сказано, что фонд должен работать и как механизм более широкого перераспределения выгод от ИИ: на здравоохранение, образование, жилье и экологическую среду. То есть разговор идет не о точечной льготе для тех, кого ИИ может вытеснить с рынка труда, а о попытке встроить технологии в старую политическую дискуссию о социальном контракте.
Сандерс уже не первый раз заходит на поле ИИ с тяжелыми предложениями. Ранее он призывал полностью остановить строительство дата-центров в США, если отрасль не может доказать, что работает в интересах большинства, а не узкой группы бенефициаров. Та инициатива не взлетела, и новый проект выглядит как смена тактики: вместо торможения инфраструктуры — претензия на долю в ИИ-компаниях как на общественный актив. Логика здесь довольно прозрачная. Если генеративный ИИ и автоматизация действительно создают новый слой сверхприбыли, то вопрос "кто заработает" быстро становится политическим, а не только рыночным.
Самый любопытный поворот в этой истории — реакция лагеря Трампа. Вице-президент Джей Ди Вэнс в разговоре с подкастером Стивеном Бартлеттом заявил, что Дональду Трампу нравится сама идея того, что американцы должны получить долю в ИИ-компаниях. Для нынешней американской политики это почти жанровый сбой: левый сенатор и администрация Трампа неожиданно пересекаются не на культурной войне, а на распределении будущей стоимости ИИ. Вэнс сравнил нынешний технологический перелом с промышленной революцией и сделал акцент не на безработице как главной угрозе, а на концентрации богатства у узкой группы игроков. По его версии, именно такой перекос в прошлом подталкивал западные общества к жестким политическим реакциям.
При этом консенсус заканчивается ровно там, где начинаются деньги. Вэнс поддерживает идею общественного участия, но не согласен с моделью прямых выплат, которую предлагает Сандерс. Вместо redistributive cash model он продвигает подход, который администрация называет pre-distribution. Проще говоря, не раздавать населению чеки постфактум, а заранее встраивать обычных людей в систему принятия решений и переговоров. Вэнс проводит аналогию с коллективными переговорами работников: один человек почти не торгуется с корпорацией, группа уже может. По его замыслу, такой принцип должен работать не только для зарплат и условий труда, но и для того, как ИИ будет менять общественные нормы и повседневную жизнь.
Для разработчиков, продактов и основателей стартапов здесь важен не только сам законопроект, который еще должен пройти долгий путь через обсуждения, правки и голосования. Важнее другое: AI policy в США быстро переходит из зоны "безопасность моделей" и "доступ государства к frontier-системам" в зону собственности, корпоративного контроля и будущей ренты. Если еще недавно спор шел о том, нужно ли тестировать модели до релиза и как ограничивать риски, то теперь в повестке уже доля в ИИ-компаниях, право общества на участие в прибылях и фактическое перераспределение власти внутри отрасли. Это меняет рамку разговора и для бизнеса. Инвесторам придется думать не только о compute и moat, но и о политическом дисконте. Крупным платформам — готовиться к тому, что аргумент "мы двигаем инновации" больше не работает как универсальная индульгенция.
Для российской и вообще русскоязычной IT-аудитории американская дискуссия полезна еще и как ранний индикатор. Все ключевые тренды технологического регулирования сначала выглядят как локальная странность, а потом становятся нормальной частью глобальной отраслевой повестки. Так было с антимонопольными делами против бигтеха, с требованиями по модерации платформ, с экспортным контролем на вычислительные мощности и чипы. Теперь в этот список может добавиться и вопрос о том, должна ли доля в ИИ-компаниях рассматриваться как общественный ресурс. Даже если конкретная инициатива Сандерса не пройдет, сам факт ее появления и доброжелательная реакция части трампистского лагеря означают неприятную для бигтеха вещь: политический запрос на раздел прибыли от ИИ больше не маргинален. Следующий этап спора, похоже, будет не о том, меняет ли ИИ экономику, а о том, кто получит право сидеть за столом, когда эту новую экономику начнут делить.