Четыре республиканца в Конгрессе США потребовали от Комиссии по международной торговле США (ITC) не делать поблажек TSMC и в случае подтверждённого нарушения патентов заблокировать ввоз спорных микросхем. Для рынка это не очередная юридическая перепалка на полях, а потенциальный запрет импорта чипов, который может задеть устройства на базе современных техпроцессов 7 нм и тоньше, включая компоненты для ИИ, смартфонов и ПК.
О письме законодателей сообщает Tom's Hardware. К председателю ITC Эми Карпел обратились конгрессмен Райан Зинке и сенаторы Тим Шихи, Роджер Маршалл и Берни Морено. Их позиция проста и политически удобна: если иностранный производитель нарушает американские патенты, масштаб бизнеса и стратегический статус клиента не должны служить иммунитетом. Это ответ на другую кампанию давления на комиссию: ранее демократы из Аризоны предупреждали, что жёсткие меры против TSMC могут ударить по выпуску полупроводников, разработке ИИ-систем и оборонным цепочкам поставок.
Суть дела в расследовании ITC № 337-TA-1443. Его открыли в конце марта по жалобе, поданной в феврале компаниями Longitude Licensing и Marlin Semiconductor. Обе зарегистрированы в Дублине и связаны с IPValue Management, принадлежащей Vector Capital. Они требуют ограничительного приказа на импорт и сопутствующих предписаний по не-x86 устройствам, произведённым на мощностях TSMC по нормам 7 нм и меньше, а также по конечным продуктам, где такие чипы используются. В списке ответчиков фигурируют не только сама TSMC, но и Apple, Broadcom, Qualcomm, Lenovo, Motorola и структуры OnePlus. То есть речь не про абстрактную фабрику где-то далеко, а про вполне массовую электронику и инфраструктурное железо.
Отдельная деталь, из-за которой спор выглядит ещё интереснее: пять патентов, на которые опираются истцы, происходят от United Microelectronics Corporation, тайваньского конкурента TSMC, и были переданы в 2021 году. Это не делает претензии автоматически сильными или слабыми, но хорошо показывает механику процесса. Перед нами не производитель, который сам выпускает микросхемы и требует убрать с рынка прямого конкурента, а лицензирующая структура, для которой судебное и административное давление обычно служит аргументом в переговорах о платной лицензии. Проще говоря, запах у дела не промышленный, а юридико-финансовый, хотя последствия могут оказаться вполне промышленными.
Для TSMC риск неприятен не только из-за репутации. Компания сама указывала в годовом отчёте, что параллельный иск в Восточном округе Техаса был ещё в апреле прошлого года поставлен на паузу до исхода разбирательства в ITC. Доказательное слушание по делу уже прошло в феврале, предварительное решение ожидается в этом месяце, а полное решение комиссии, по данным юристов Quinn Emanuel, которые представляют TSMC и Qualcomm, ожидается в октябре. Даже если ITC встанет на сторону истцов и выпишет запретительные меры, они не вступят в силу мгновенно: после этого предусмотрен 60-дневный президентский пересмотр. Но для продуктовых команд и закупщиков даже такая «отсроченная турбулентность» неприятна. Планирование поставок не любит режим «может запретим, а может ограничимся лицензией».
Контекст тут тоже важен. Это не первый случай, когда импорт чипов TSMC пытаются поставить под вопрос через патентный спор. В августе 2019 года GlobalFoundries уже добивалась запрета на ввоз в США микросхем Nvidia и Apple, изготовленных TSMC, также опираясь на патенты, связанные с техпроцессами. Тогда история закончилась быстро: TSMC подала встречный иск, а через два месяца стороны свернули судебные действия и подписали десятилетнее соглашение о перекрёстном лицензировании. Нынешняя ситуация менее симметрична. Longitude и Marlin ничего не производят, поэтому привычный обмен встречными претензиями здесь не работает. Именно поэтому сценарий, в котором спор доводят до торга за лицензионные выплаты, выглядит более правдоподобным, чем реальная остановка потока устройств на границе. Но пока это только логика рынка, а не решение комиссии.
На стороне TSMC в Вашингтоне тоже не молчат. Аризонские демократы ранее напоминали ITC, что любое жёсткое ограничение против тайваньского контрактного гиганта ударит по американским интересам. Аргументы у них сугубо приземлённые: TSMC обещала вложить около 165 млрд долларов в производственную площадку в Аризоне, а 75% её выручки за прошлый год пришлись на Северную Америку. В таких спорах патенты обычно обсуждают языком права, но за кулисами всё быстро упирается в более понятные величины: рабочие места, оборонные поставки, ИИ-гонку и зависимость США от одного ключевого производителя передовых микросхем.
Для русскоязычной IT-аудитории эта история важна не как экзотика из американского регуляторного цирка, а как очередное напоминание, что полупроводниковая отрасль давно живёт на стыке политики, интеллектуальной собственности и логистики. Если запрет импорта чипов хотя бы на время станет реальным сценарием, это отзовётся не только в отчётах юристов, но и в сроках вывода устройств, ценах на железо, доступности ускорителей и осторожности OEM-производителей. А главный вопрос теперь звучит так: готова ли ITC ради защиты патентов качнуть рынок, на котором один тайваньский подрядчик стал слишком важным, чтобы его трогать без последствий. Пока ответ на него важнее самого термина запрет импорта чипов — потому что именно он покажет, где для США заканчивается принципиальность и начинается промышленный прагматизм.