Две недели на практику, 2–3 внешних эксперта на группу из 15 человек и диплом, который нередко маскирует слабую подготовку. Такой портрет студенческой практики в IT описал Денис, ведущий разработчик Outlines Tech и руководитель регионального 1С-франчайзи; как пишет Habr / Карьера, главная проблема не в том, что студенты не знают 1С, а в том, что часть из них приходит без нормальной базы по программированию и почти без шансов быстро догнать реальную разработку.
Повод для разговора понятный многим компаниям, которые хотя бы раз брали практикантов не ради галочки. Автор текста регулярно работает со студентами по специальности «Информационные системы и программирование», принимает их на практику и участвует в демонстрационных экзаменах по компетенциям «Тестировщик», «Веб-разработчик» и «Программист». Из этой тройной роли наставника, работодателя и внешнего эксперта вывод получается неприятный: студенческая практика в IT слишком короткая, слишком плохо встроена в реальные процессы и слишком часто выдает бумажный результат вместо профессионального роста.
Самая болезненная точка, по наблюдениям Дениса, даже не 1С как узкая платформа. Он прямо пишет, что не ждет от студентов знания конкретного инструмента, потому что 1С в колледжах либо не преподают вообще, либо ограничиваются уровнем «открыть форму и покликать мышкой». Но базовые вещи, на которые можно было бы опереться при обучении, тоже часто хромают: цикл со счетчиком, параметры функции, условные операторы, понимание рекурсии. Для работодателя это плохой сигнал. Если человек теряется на вопросе про фундаментальные конструкции, за две недели его не превратить даже в уверенного стажера, не то что в исполнителя, которому можно доверить кусок коммерческой задачи.
Отсюда вторая проблема: практикант в компании почти неуправляем. У штатного сотрудника есть дедлайны, зона ответственности и понятные рычаги контроля. Студент может послушать пару дней про регистры накопления и расчета, а потом просто исчезнуть из процесса. Формально практика идет, по документам все движется, фактически наставник не может планировать на такого человека ни сроки, ни качество. В этой модели идея о том, что студент поможет бизнесу закрыть хоть какие-то простые задачи, выглядит скорее как старый корпоративный анекдот. Автор честно описывает собственный опыт: даже простые поручения вроде мелких правок во внутренней IT-инфраструктуре или организационных задач превращались в цикл «объяснить, проверить, остановить, поправить, объяснить заново, а потом сделать самому». Экономики в этом нет. Есть только расход времени с призрачной надеждой, что из практиканта когда-нибудь вырастет сотрудник.
На этом фоне особенно показателен вывод про кадровый резерв. Обычно компании готовы мириться с возней вокруг практики именно ради длинной ставки: сейчас помучаемся, зато потом получим молодого специалиста под свои процессы. Но Денис оценивает ситуацию жестче: сильного выпускника колледжа часто проще заменить человеком с опытом от двух лет, а суммарная стоимость времени на обучение, контроль и исправление ошибок окажется сопоставимой. Поэтому он отказался от имитации «безопасной полезности» и перешел к более честной модели: не делать вид, будто практикант уже почти работает, а просто учить. Лекции, разбор примеров, контроль выполнения, постепенное погружение в 1С и финансовый учет. Для бизнеса это звучит не как быстрый win-win, а как инвестиция без гарантированного возврата. Зато хотя бы без самообмана.
Еще интереснее его взгляд на выпускные демоэкзамены. На бумаге система выглядит строго: студент получает текстовое задание с предметной областью, модулями, функциями и ролями пользователей, а приглашенные эксперты проверяют результат по детальным критериям. Если критерий стоит 4 балла, а выполнен наполовину, студент получает 2. Формально все прозрачно. На практике, по словам автора, над процессом висит негласная установка: двоек быть не должно. Слабого выпускника проще дотянуть до тройки, чем признать провал подготовки и получить проблемы с финансированием и репутацией колледжа. В итоге внешний эксперт оказывается в странной роли. Он вроде должен независимо оценивать качество, но сам контур экзамена подталкивает не к проверке, а к сохранению витрины.
Предложение по исправлению тоже вполне из IT-логики, без магии и без разговоров про «цифровую трансформацию». Автор предлагает вынести проверку в независимую комиссию, которую учебное заведение заранее не знает, а студенческие решения во время экзамена загружать в единый Git-репозиторий. Тогда проверять можно не только финальный результат, но и историю коммитов: когда человек начал писать код, где застрял, насколько решение выглядит самостоятельным. Часть предварительной оценки можно автоматизировать, в том числе с помощью ИИ, но не заменяя им эксперта целиком. Это важная оговорка. Идея не в том, чтобы отдать судьбу выпускника боту, а в том, чтобы убрать из экзамена ручную подгонку и добавить следы реальной работы, которые сложно подделать красивой презентацией.
Тема ИИ в образовании в этой истории звучит без обычной истерики. Денис признает очевидное: бездумный копипаст из DeepSeek и других чат-ботов уже стал повседневностью, а дальше отличать работу студента от сгенерированного текста будет только сложнее. Но полный запрет нейросетей он считает бессмысленным. Для IT это уже рабочая среда, примерно как документация, поиск или IDE. Нейросеть годится как справочник, навигатор и черновик, но не как замена мышлению. Если студент с первых шагов учится не разбирать задачу, а только удачно формулировать запрос и вставлять ответ, он осваивает не программирование, а довольно дорогую версию Ctrl+C и Ctrl+V. И вот это уже плохая новость не только для колледжей, но и для работодателей: на рынок выходит человек, который умеет производить видимость скорости, но плохо держит конструкцию в голове.
Для русскоязычной IT-аудитории здесь важен не спор о том, хороша ли 1С и можно ли за две недели вырастить джуна. Важнее другое: разрыв между учебной отчетностью и реальной пригодностью к работе, похоже, только увеличивается. Если оценка в дипломе все слабее коррелирует с тем, что выпускник умеет делать без постоянного надзора, компаниям придется либо строить собственные контуры обучения почти с нуля, либо жестче фильтровать начинающих специалистов на входе. И тогда вопрос уже не в том, мешает ли студенческая практика в IT бизнесу или помогает, а в том, кто вообще готов честно признать: нынешняя схема все чаще выпускает не разработчиков, а людей с правильно оформленными документами.