Онлайн-безопасность платформ в Великобритании оказалась слишком зависимой от точного подбора слов: запрещённый контент может снова появиться в выдаче, если заменить один термин близким синонимом. На слушаниях в парламентском Комитете по коммуникациям и цифровым технологиям эксперты заявили, что Google, Microsoft, Meta и ByteDance выполняют лишь минимально необходимое по закону — а для пользователей и жертв онлайн-насилия этого недостаточно.
Как сообщает The Register, профессор права Даремского университета Клэр Макглинн привела показательный пример работы поисковой выдачи. Запрос с прямым термином, связанным с сексуальным насилием, может быть заметно понижен и не давать релевантных ссылок до десятой страницы. Но близкие по смыслу формулировки выводят похожие материалы уже на третьей. В исследовании Макглинн запрос «force porn» был серьёзно понижен в результатах, а почти идентичный «forced porn» — нет. По её мнению, это не сложная задача для алгоритмов: если поисковик умеет распознавать один рискованный запрос, он должен системно учитывать его очевидные варианты.
Критика адресована прежде всего Google как крупнейшему игроку на рынке поиска, однако Макглинн подчеркнула, что похожая проблема заметна и в Bing. Речь не о том, что платформы вообще ничего не фильтруют. Напротив, отдельные меры работают — но набор запрещённых или понижаемых формулировок выглядит фрагментарным. Для пользователя разница между «нежелательным», «принудительным» и «во сне» контентом может быть лишь лингвистической. Для поискового ранжирования она превращается в лазейку.
Партнёр юридической фирмы Miscon de Reya Александра Уистон-Дью добавила, что поисковики должны активнее выявлять участников цепочки распространения незаконного контента. Некоторые сайты открыто рекламируют себя как площадки с нелегальными материалами, но, по её словам, остаются вне поля зрения не только поисковых систем, но и других сервисов, участвующих в распространении трафика. Возможности британского регулятора Ofcom ограничены, поэтому ожидание, что он вручную найдёт и остановит весь проблемный контент, выглядит скорее надеждой, чем рабочей моделью.
Отдельная проблема — разрыв между ограничениями для пользователей в Великобритании и фактической доступностью материалов на самих сайтах. Порно-площадки могут хранить экстремальный контент для аудиторий в менее регулируемых юрисдикциях. Если материал не удалён с инфраструктуры, VPN позволяет обойти и географические ограничения, и механизмы проверки возраста. Для команд, проектирующих trust & safety-системы, это неприятное, но важное напоминание: блокировка интерфейса для одного рынка не равна устранению риска, если исходный объект остаётся доступен по другому маршруту.
Эксперты также указали на ухудшение реакции платформ на обращения проверенных организаций. По данным благотворительной организации Refuge, до ноября 2025 года её команда Trusted Flagger добивалась успешной обработки 53,7% жалоб, связанных с домашним насилием и насилием в отношении женщин и девочек. За следующие 12 месяцев показатель упал до 18,2%. Для обращений в Meta за период после ноября 2025 года успешных результатов, согласно этим данным, не было вовсе.
Trusted Flagger — не обычная кнопка «пожаловаться». Такие команды передают сервисам обращения от пострадавших через канал, который должен ускорять проверку и учитывать контекст. Поэтому падение показателя особенно тревожно: если медленнее и реже срабатывает приоритетный маршрут, пользователям остаётся рассчитывать на стандартную модерацию с её очередями, автоматическими отказами и необходимостью многократно доказывать очевидное.
Meta не ответила на запрос о причинах такой динамики. В собственном отчёте компания указала, что с апреля по июнь 2026 года удалила 27,8 млн публикаций, связанных с обнажённостью взрослых и сексуальной активностью. Но эта категория слишком широкая, чтобы по ней судить об обработке жалоб на насилие в отношении женщин и девочек. Google, Microsoft и TikTok на запросы журналистов также не ответили.
Для российских разработчиков, продуктовых команд и руководителей безопасности история полезна не британской спецификой закона, а самим паттерном. Онлайн-безопасность платформ нельзя свести к чек-листу из списка запрещённых слов, формы жалобы и публичного отчёта с миллионами удалённых постов. Метрики должны проверять обходы: синонимы, морфологию, опечатки, смену языка, изображения, ссылки и повторную публикацию. А для критичных жалоб нужны измеримые обязательства по срокам реакции, качеству решений и понятной эскалации для внешних доверенных партнёров.
Слушания показали, что британский Online Safety Act пока не устранил главный разрыв: требования к платформам существуют, но у конкретного пострадавшего человека по-прежнему мало быстрых способов добиться удаления материала. Макглинн предложила ориентироваться на опыт канадской Британской Колумбии, где действует ускоренный гражданский механизм: можно получить предписание об удалении контента и в некоторых случаях компенсацию. Следующий спор вокруг регулирования, похоже, будет не о количестве удалённых публикаций, а о том, может ли пользователь получить реальную защиту до того, как вред успеет разойтись по сети.

