МВД, ФСБ и Генпрокуратура предложили возвращать деньги за услуги риелторов, если суд признает сделку с жильем недействительной. Для IT-аудитории это не чужая повестка: антифрод, который долго закручивали вокруг банков и переводов, теперь все заметнее переезжает в сделки с недвижимостью, а вместе с ним меняется и цена ошибки для цифровых посредников.
По данным vc.ru, которое пересказывает материал «Ведомостей», инициатива попала в таблицу разногласий к третьему пакету мер по борьбе с мошенничеством. Смысл у нее простой и неприятный для рынка: если сделку признают недействительной через суд, клиенту могут вернуть не только сам актив или право, но и оплату за услуги риелторов. При этом единой позиции у государства пока нет. Документ остается спорным, а часть ведомств уже выступила против.
Аргументация силового блока строится на смене мошеннических схем. После того как в банковской сфере ужесточили антифрод-процедуры, злоумышленники, как считает Генпрокуратура, активнее переключились на недвижимость. Логика у ведомства жесткая: человек, который потерял жилье, остается не просто без актива, а без базовой точки опоры, и поэтому становится особенно уязвимым для дальнейшего втягивания в противоправные истории. На языке риск-менеджмента это уже не спор о качестве сервиса, а попытка перекрыть маршрут, по которому мошенники уходят от банковского контроля в менее зарегулированную среду.
Но дальше начинается знакомый любому продакту межведомственный пинг-понг по владельцу проблемы. Генпрокуратура хочет дождаться доклада Росреестра, а сам Росреестр против инициативы. Ведомство напоминает, что похожий вопрос уже поднимали при обсуждении второго пакета антифрод-мер, и тогда оснований для нововведения оно не увидело. При этом Росреестр не спорит с тем, что рынок риелторских услуг нуждается в регулировании, но предлагает другой вход: пусть тему приносит Минцифры. То есть регулировать вроде бы надо, но не здесь, не сейчас и желательно чужими руками.
У Минцифры ответ предсказуемо формальный, но по сути понятный. В ведомстве считают, что мошенничество при сделках с недвижимостью напрямую не относится к преступлениям в сфере информационно-коммуникационных технологий, ради борьбы с которыми и готовится законопроект. Плюс министерство отдельно подчеркивает, что рынок риелторов не входит в его прямую зону регулирования. Если перевести это с официального языка, получается простой конфликт рамок: силовики хотят догнать схему там, куда она ушла, а гражданский блок не хочет расширять антифрод-пакет за пределы исходной темы.
Для технологических компаний здесь важен не сам спор чиновников, а траектория. Если инициатива доживет до текста закона, рынок получит сигнал: посредник в сделке перестает быть фигурой, которая берет комиссию и растворяется после подписания бумаг. Для proptech-сервисов, маркетплейсов недвижимости, платформ удаленной проверки документов и цифровых контуров сопровождения сделки это может означать рост спроса на доказуемость процессов. Кто и когда идентифицировал клиента, как фиксировалось согласие, какие предупреждения показывались, где хранится след проверки, можно ли восстановить цепочку действий в суде. Когда обсуждаются возвраты за услуги риелторов, вопрос быстро выходит за рамки профессии и упирается в архитектуру всей цифровой обвязки вокруг сделки.
Пока у инициативы нет окончательной позиции, и многое упрется в доклад Росреестра и в то, насколько широко авторы третьего пакета захотят трактовать саму борьбу с мошенничеством. Но направление уже просматривается: антифрод в России все меньше живет только в банках и все чаще идет за мошенником по цепочке сервиса, будь то перевод денег, госреестр или сделка с квартирой. Для IT-рынка это плохая новость только для тех, кто привык считать посредничество нейтральной кнопкой. Остальным придется проектировать продукты так, будто спор с клиентом однажды прочтет суд.