Пузырь ИИ перестал быть страшилкой из колонок скептиков и попал в годовой отчет Банка международных расчетов. BIS оценивает, что пять крупнейших гиперскейлеров в 2026 году могут направить на ИИ-капвложения более $1 трлн, и предупреждает: если эта гонка закончится разочарованием, удар может прийтись не только по бигтеху, но и по мировой экономике.
Об этом, со ссылкой на ежегодный отчет BIS за 2026 год, сообщает The Register. Логика регулятора простая и неприятная: когда под реальный технологический прорыв вкачивают больше капитала, чем потом способны оправдать коммерческие результаты, история обычно заканчивается не красивой презентацией для инвесторов, а болезненным откатом, сокращением инвестиций и рецессией.
В качестве исторических аналогий BIS вспоминает не только доткомы 1990-х, но и более старые инвестиционные лихорадки: бум каналов и железных дорог в Британии XIX века, а также ажиотаж вокруг электрификации в 1920-х. Общая черта у всех этих историй одна: технология действительно меняла рынок, но ожидания оказывались слишком жирными даже для хорошей технологии. В отчете прямо говорится, что нынешний масштаб и темп инвестиций в ИИ, подпитываемый ожиданиями крупного скачка производительности, слишком похожи на прежние эпизоды, чтобы не думать о downside-сценарии уже в ближайшей перспективе.
Триллион на ИИ и гонка без финишной черты
Цифры здесь важнее любого пафоса. The Register напоминает прежние оценки самих компаний: Amazon прогнозировала капитальные затраты на уровне $200 млрд в 2026 году, Microsoft — $190 млрд, Google — около $180 млрд, Meta — до $140 млрд. Отдельно упоминается Oracle, которая тоже агрессивно ставит на ИИ-инфраструктуру. Если сложить только крупнейших игроков, счет легко уходит за триллион долларов. И это не просто много. Это уже уровень, на котором ошибка в прогнозе спроса превращается из проблемы одного квартала в системный риск.
Сам BIS отдельно подчеркивает, что такие обязательства начинают опережать прибыль и свободный денежный поток части компаний, из-за чего они прибегают к долговому финансированию. Причина понятна: рынок живет в логике «победитель получает почти все», а значит каждый игрок боится не столько переплатить, сколько отстать. Если в индустрии закрепится несколько платформ с лучшими моделями, дата-центрами и чипами, остальные рискуют остаться поставщиками железа, облака или скидок. На практике это толкает компании в режим капзатрат любой ценой, даже когда возврат на эти вложения еще туманен.
Проблема в том, что конкуренция не гарантирует рост суммарной отдачи. BIS предупреждает: если все одновременно строят мощности под пока еще не до конца подтвержденный спрос, отраслевой экономический излишек быстро сжимается. Проще говоря, каждый отдельный CFO может считать, что у него нет выбора, но для сектора в целом гонка превращается в дорогой способ снизить будущую прибыльность. В плохом сценарии излишек может вообще уйти в минус, а затем разочарование в отдаче от ИИ спровоцирует резкое сворачивание финансирования и переход от бума капвложений к затяжному инвестиционному спаду.
Почему это касается не только бигтеха
У пузыря ИИ, по версии BIS, есть еще одна неприятная особенность: он упирается не только в спрос, но и в физические ограничения. Речь о дефиците электроэнергии, узких местах при подключении к сетям, нехватке чипов и общем росте стоимости инфраструктуры. ИИ-дата-центры уже давят на цены энергии и другие входные издержки, а это значит, что локальная гонка за вычисления может расползаться в более широкую инфляцию. Если компании в ответ начнут закреплять будущие мощности длинными контрактами, чтобы застолбить доступ к энергии, памяти и площадкам, они только сильнее привяжут себя к сценарию, в котором спрос обязан вырасти. Если не вырастет, эти контракты станут не страховкой, а гирей.
Дальше включается макроэкономика. BIS предупреждает, что скачок инфляции или обвал ИИ-инвестиций может усилиться из-за уже существующих финансовых уязвимостей. Повышенные ставки, которыми центробанки сдерживают инфляцию, в такой среде способны ускорить переоценку активов после длительного периода риск-аппетита. Отсюда и опасение насчет «разрушительных макрофинансовых обратных связей»: падают ожидания по ИИ, сжимаются оценки компаний, ухудшаются условия финансирования, затем под давление попадают кредитные рынки и зависимые подрядчики. В отчете отдельно упомянуты инженерные, строительные и procurement-компании, чьи балансы обычно слабее, чем у самих гиперскейлеров. Если заказчики резко нажмут на тормоз, именно у этих игроков проблемы начнутся первыми.
Есть и еще одна деталь, хорошо знакомая всем, кто следит за корпоративным ИИ вне питчдеков. По данным BIS, компании, которые гоняют пилоты, действительно нередко видят локальный рост эффективности на уровне сотрудников. Но когда дело доходит до полноценных production-внедрений, заметный прирост производительности на масштабе бизнеса фиксируют немногие. Для разработчиков и продуктовых команд это важный холодный душ: между «copilot ускорил часть задач» и «бизнес получил устойчивую экономику проекта» лежит дистанция, которую пока прошли не все. Для CIO и фаундеров сигнал еще жестче: если KPI по ИИ строятся на обещаниях поставщиков инфраструктуры, а не на собственной unit-экономике, можно очень дорого купить чужой нарратив.
В итоге главный вопрос уже не в том, переоценен ли ИИ как технология. Сама технология никуда не денется. Вопрос в другом: успеют ли крупнейшие игроки доказать реальную отдачу от своих вложений раньше, чем рынок устанет финансировать эту гонку как бесконечный эксперимент. Если нет, пузырь ИИ рискует сдуться не в чате с аналитиками, а в бюджете на дата-центры, кредитных книгах и отчетах компаний по всему стеку отрасли.