В крупнейшей энергозоне США плата за мощность подскочила с $28,92 до $329,17 за мегаватт-день всего за два года, и энергопотребление дата-центров уже превращается в проблему не только для коммунальщиков, но и для промышленности. Для русскоязычной IT-аудитории это хороший холодный душ: AI-инфраструктура упирается не в презентации про «суверенный ИИ», а в трансформаторы, линии электропередачи и счета за электричество.
Как пишет Ars Technica, сильнее всего удар пришелся по производителям в зоне PJM Interconnection, крупнейшего оператора электросетей в США, который обслуживает 13 штатов и округ Колумбия. На этом фоне старые индустриальные города Rust Belt получают довольно неприятный бонус к AI-буму: дата-центры приходят с огромным спросом на энергию, а заводы получают новые счета. Показательный пример: Belden Brick Company, кирпичный производитель из Огайо с 141-летней историей, увидел рост ежемесячных затрат на электричество с $1600 до $12 000 из-за увеличившейся платы за мощность. Для бизнеса, у которого маржа и без того не космическая, это уже не «рыночная волатильность», а прямой удар по экономике производства.
Еще жестче ситуация в металлургии, где электричество давно не второстепенная статья расходов. По данным Steel Manufacturers Association, американские сталелитейные компании в регионе PJM платят на десятки миллионов долларов больше в год. Причина понятна: выплавка стали на электродуговых печах ест много энергии, и это не фигура речи. Одна такая печь работает с нагрузкой от 40 до 200 МВт, а пиковое потребление всей сталелитейной отрасли США достигает 11 ГВт. При этом доля электричества в себестоимости стали составляет 20-40%. На бумаге AI-бум вроде бы помогает сектору: строительство дата-центров требует около 1 млн тонн стали в год. На практике получается почти комичный обмен: технологические компании приносят заказы на металл, а энергопотребление дата-центров тут же съедает часть прибыли у тех, кто этот металл производит.
Уже есть и конкретные цифры по компаниям. Сталепроизводитель Metallus из Огайо сообщил, что его затраты на электроэнергию выросли на 70% по сравнению с 2024 годом. В деньгах это дополнительные $15 млн в год. Reuters, на анализ которого ссылается Ars Technica, отмечает, что тарифы для фабрик растут быстрее, чем для других коммерческих клиентов и домохозяйств. Некоторые производители уже перекладывают часть расходов на клиентов, а некоторые рассматривают перенос бизнеса. Для администрации Дональда Трампа это особенно неудобная история: параллельно с обещаниями вернуть промышленное производство в США Белый дом поддерживает те самые технологические компании, которые ускоряют строительство AI-дата-центров и разогревают спрос на электричество.
Проблема здесь не сводится к одному неудачному тарифному циклу. PJM уже прогнозирует, что с 2027 года спрос на электроэнергию в его зоне превысит доступное предложение на 6,6 ГВт. The Wall Street Journal сравнил этот дефицит с мощностью более чем шести атомных электростанций. Для промышленности это означает не только рост цены, но и риск перебоев. Руководители сталелитейных компаний предупреждают: если локальные сети начнут захлебываться от нагрузки, вероятнее станут остановки производства. Для IT-бизнеса здесь тоже есть вполне прикладной вывод. Когда гиперскейлер выбирает площадку под новый объект, вопрос уже не только в цене земли, налоговых льготах и доступе к оптоволокну. Если сеть не вытягивает, то никакая презентация про лидерство в ИИ не поможет.
С политической стороны картина тоже без лишнего блеска. Белый дом продвигает идею, что Big Tech должен финансировать новую генерацию и сетевую инфраструктуру, и даже добился подписания так называемого Ratepayer Protection Pledge. Но, по данным Ars Technica, у этого обязательства нет внятного механизма принуждения. Параллельно администрация вместе с губернаторами давила на PJM, чтобы оператор провел разовый страхующий аукцион на закупку новых мощностей. Проблема в том, что аукцион сам по себе не строит электростанции, не прокладывает линии и не сокращает сроки согласований. А именно в этом сейчас и бутылочное горлышко.
Отдельная ирония в том, что США сами ухудшают себе пространство для маневра. В 2025 году в стране отменили энергетические проекты суммарной мощностью 266 ГВт, что эквивалентно примерно четверти текущей генерации США и превышает совокупную генерацию Техаса. По оценке Майкла Томаса, главы платформы Cleanview, 93% этих отмен пришлись на проекты чистой энергетики. Среди причин не только решения федеральной власти по ветровым и солнечным проектам, но и локальное сопротивление в штатах вроде Огайо и Индианы, которые одновременно пытаются заманить к себе новые дата-центры. Добавим сюда нехватку новых линий электропередачи и высокую стоимость подключения, и получаем систему, где спрос растет быстрее, чем кто-либо успевает подвести к нему электричество.
Для рынка это важный сигнал: AI-инфраструктура окончательно перестала быть чисто цифровой историей. Энергопотребление дата-центров становится фактором промышленной политики, цен на сырье, выбора локаций и конкурентоспособности целых регионов. Если государство одновременно хочет строить больше дата-центров, возвращать заводы и тормозить новые энергопроекты, то физика довольно быстро начинает спорить с политическим маркетингом. Вопрос теперь не в том, будут ли ИИ-системы потреблять больше энергии, а в том, кто первым научится строить под этот спрос сеть, генерацию и правила игры без счета на десятки миллионов за чужой «облачный» рост.