Подземная колония пчел численностью около 5,5 миллиона особей больше века жила под кладбищем East Lawn Cemetery в Итаке, штат Нью-Йорк. Для широкой публики это красивая история про природу в неожиданном месте, а для тех, кто привык думать системно, это еще и наглядный кейс о том, как тихие, недооцененные городские зоны могут поддерживать критически важную инфраструктуру экосистем.
На необычную находку обратили внимание исследователи Корнеллского университета, а детали открытия, как пишет Wired, затем разошлись далеко за пределы академической среды. Речь идет о виде Andrena regularis, который по-русски обычно относят к земляным, или роющим, пчелам. Это не медоносные пчелы с ульями и привычной социальной иерархией, а дикие одиночные насекомые, которые строят гнезда в почве. И именно такая подземная колония пчел заняла участок площадью примерно 1,25 акра, то есть около полугектара.
История началась не с большой экспедиции и не с гранта на миллионы, а с обычной прогулки. Весной 2022 года Рейчел Фордайс, тогдашний лаборант кафедры энтомологии Cornell, заметила на пути к работе странно высокую активность насекомых на кладбище. Она собрала несколько образцов и показала их энтомологу Брайану Данфорту. Дальше включилась уже нормальная научная рутина: идентификация вида, наблюдения, замеры, учет. Выяснилось, что речь идет не о локальной аномалии на один сезон, а о колонии, которая, судя по историческим данным, существует там как минимум с начала XX века. Само кладбище было основано в 1878 году.
Как посчитали миллионы
Чтобы оценить масштаб поселения, ученые в период с конца марта до середины мая 2023 года установили на кладбище 10 ловушек. Конструкция довольно простая: сетчатые экраны накрывают небольшой участок почвы площадью меньше одного квадратного метра и направляют выходящих из земли насекомых в стеклянный контейнер. За время наблюдений исследователи собрали более 3 тысяч насекомых из 16 видов, включая пчел, жуков и мух. Абсолютное большинство составили именно Andrena regularis.
Дальше сработала экстраполяция по плотности. На основе средней численности на контрольных участках команда оценила общую популяцию в диапазоне от 3 до 8 миллионов особей, а среднее значение составило 5,5 миллиона. Для масштаба: это эквивалент более чем 200 домашних пчелиных ульев. Даже если держать в уме погрешность таких оценок, цифра все равно остается очень крупной. Исследователи прямо называют эту агрегацию одной из крупнейших, когда-либо зафиксированных для подобных пчел.
На этом интересное не заканчивается. Полевые данные дали ученым и новую биологическую информацию о виде, который изучен не так подробно, как хотелось бы. Самцы появляются из-под земли на несколько дней раньше самок в первые теплые дни апреля. Логика прозрачная: кто раньше вышел, у того выше шансы на спаривание. Затем самки роют гнезда и откладывают яйца в ячейки с запасом пыльцы и нектара. У вида есть важная особенность: он зимует под землей уже во взрослом состоянии. Благодаря этому пчелы активируются очень рано весной и точно попадают в окно цветения яблонь в окрестных садах Cornell.
Почему это важно не только биологам
На языке экологии эта история про опыление и сохранение местообитаний. На языке города и инфраструктуры она звучит еще интереснее: старое кладбище оказалось не пустым куском земли между дорогами и зданиями, а устойчивой платформой для жизни миллионов опылителей. Для земляных пчел такие пространства почти идеальны. Там есть рыхлая песчаная почва, в которую легко зарываться, там обычно не льют пестициды и не перекраивают ландшафт каждый сезон под новую стройку, парковку или газонную моду. Проще говоря, это редкий случай, когда отсутствие чрезмерной оптимизации дало отличный результат.
Особенно важен контекст: около 75 процентов диких пчел относятся к одиночным видам, живущим под землей. Но в массовом восприятии пчела по-прежнему почти всегда равна улью, пасеке и банке меда на даче. Из-за этого подземная колония пчел остается невидимой ровно до того момента, пока по ее участку не пройдет техника, не начнутся дорожные работы или не зальют очередной бетонный бордюр. Исследователи прямо предупреждают об этом риске. Если такие места не картировать заранее, их можно уничтожить буквально за один рабочий день, не понимая, что именно было потеряно.
Ученые также зафиксировали более сложную экосистему, чем просто поле с насекомыми. Например, рядом обнаружили пчел вида Nomada imbricata, которые паразитируют на гнездах хозяина и откладывают яйца в чужие ячейки. Для неспециалиста это звучит как очередной поворот в сериале про природу, но для исследователей это признак зрелой, работающей экосистемы с несколькими связанными уровнями взаимодействия. Там, где есть такие связи, обычно есть и более высокая ценность для сохранения среды.
Практический вывод из этой истории вполне применим и за пределами США. Ученые уже запустили глобальную гражданскую инициативу, предлагая людям сообщать о скоплениях земляных пчел, чтобы такие участки можно было обследовать и защитить до того, как их фрагментирует застройка. Для IT-аудитории здесь считывается знакомый паттерн: без наблюдаемости даже критичная система выглядит как пустое место на карте. Вопрос теперь в том, сколько еще подобных колоний живет под городами, парками и кладбищами, пока люди уверенно называют эти территории неиспользуемыми. Подробнее об истории открытия рассказывает .