Томская область вышла на первое место в стране по интересу к ИИ, оставив позади Москву и Петербург. Для российской ИТ-аудитории это важный сигнал: спрос на нейросети и ИИ-сервисы растет не только там, где больше денег, но и там, где выше плотность технически подготовленных пользователей.
Такой вывод следует из исследования университета «Зерокодер», о котором сообщает CNews. Аналитики изучили поисковый спрос на 14 ИИ-сервисов в 81 субъекте России за период с марта 2024 по февраль 2026 года, используя данные «Яндекс.Wordstat» и сопоставляя их с экономической статистикой Росстата и уровнем урбанизации. Индексы нормировали относительно среднего по стране: 100 баллов соответствуют среднероссийскому уровню. По итогам этого сравнения Томская область стала лидером общего индекса, хотя по валовому региональному продукту занимает лишь 57-е место из 81.
На первый взгляд это выглядит как статистическая шутка, но объяснение у авторов вполне земное. Томск давно живет в логике университетского города: высокая концентрация технических вузов и большая студенческая аудитория формируют среду, где новые цифровые инструменты схватывают быстрее. В исследовании приводится показательная деталь: каждый пятый житель города — студент. Если перевести это с языка социологии на язык практики, получается простая вещь. Интерес к ИИ рождается не только в корпорациях и госзаказе, а там, где много людей, привыкших искать инструменты для учебы, разработки, прототипирования и автоматизации рутины.
Это, пожалуй, главный нерв всей истории. Исследование показывает, что богатство региона объясняет лишь часть различий в интересе к зарубежным ИИ-сервисам и почти не объясняет спрос на отечественные решения. То есть логика «чем богаче регион, тем выше интерес к ИИ» в России работает слабо. Урбанизация, конечно, помогает: в крупных городах выше цифровая плотность, быстрее распространяются новые привычки и проще найти практический сценарий для нейросети. Но даже на этом фоне Томск выглядит не как исключение ради красивого заголовка, а как пример того, что образованная и технологичная аудитория может переигрывать столицы.
Вторая важная часть исследования касается самих сервисов. Самый резкий сдвиг зафиксирован у DeepSeek. Если усреднять весь двухлетний период, на него приходится около 20% поискового интереса россиян к ИИ. Но в последнем месяце наблюдений доля сервиса достигла уже примерно 40%. Это очень быстрый рост для рынка, где еще недавно брендовое доминирование казалось более устойчивым. Авторы связывают скачок с сочетанием качества генераций и бесплатного легального доступа из России. На этом фоне ChatGPT сохраняет узнаваемость и лояльное ядро аудитории, но как массовый выбор уже уступает.
Для разработчиков и продактов тут есть неприятный, но полезный вывод: лояльность к конкретной нейросети почти нулевая. Пользователь не особенно привязан к бренду, если рядом есть инструмент, который решает ту же задачу быстрее, дешевле и без лишних барьеров доступа. Это значит, что при выборе ИИ-инструментов для команды уже недостаточно ориентироваться на медийность модели. Важнее становятся практические параметры: доступность из России, стоимость, предсказуемость результата, скорость ответа, качество русскоязычных сценариев и наличие нормального рабочего потока без VPN-акробатики.
Отечественные сервисы в этой картине выглядят заметно, но не доминируют. На GigaChat, «Алису», Kandinsky, YandexGPT и «Шедеврум» приходится примерно пятая часть рынка запросов. Это немало, особенно если помнить оговорку исследователей: поисковая статистика фиксирует интерес, а не реальное использование. Корпоративные внедрения, особенно в B2B, часто не создают заметного поискового следа. Если компания получает ИИ-инструмент внутри экосистемы банка, интегратора или внутренней платформы, сотрудники могут вообще не искать его название в поиске. Поэтому реальные позиции российских решений в корпоративном сегменте, вероятно, выше, чем видно по Wordstat.
Региональная картина при этом получилась очень неоднородной. Северный Кавказ показал максимальный интерес именно к ChatGPT: лидируют Ингушетия, затем Чечня и Кабардино-Балкария. Это единственный макрорегион, где западный бренд опережает локальные альтернативы, причем на фоне не самых высоких экономических показателей. Ресурсные территории, напротив, тяготеют к отечественным решениям. Тыва, Якутия, Сахалин, ЯНАО и ХМАО лидируют по интересу к GigaChat, а в Тыве на него приходится почти две трети профильных запросов. Авторы связывают это не с уровнем доходов, а с корпоративными и банковскими внедрениями через экосистему Сбербанка в добывающих регионах.
Отдельно выделяется Урал. Свердловская область вошла в топ-15 по ИИ-активности, но ее аудитория делает ставку не на корпоративный ИИ, а на DeepSeek и Perplexity. Интерпретация у исследователей прямая: здесь нейросетями прежде всего пользуются инженеры. Это тоже важное уточнение для рынка. Разговор про ИИ в России часто сводят к офисным помощникам, чат-ботам и автоматизации клиентского сервиса. Но фактический спрос в ряде регионов явно связан с инженерными сценариями: поиск информации, работа с техническими текстами, быстрые гипотезы, черновая аналитика и помощь в прикладных задачах.
Глава исследовательской группы Максим Елисов сформулировал задачу работы как попытку понять поведение пользователей: появились ли устойчивые бренды-лидеры или рынок по-прежнему остается конкурентным. По текущим цифрам ответ скорее второй. А основатель «Зерокодера» Кирилл Пшинник добавляет еще более прикладной слой: там, где растет интерес к ИИ, через год-два обычно растет и спрос на людей, которые умеют с ним работать. Для HR и руководителей это, возможно, самая полезная часть всей истории. Если в регионе ускоряется поисковый спрос на ИИ-сервисы, это может быть ранним индикатором будущего кадрового спроса — раньше, чем это станет видно по вакансиям, бюджетам и официальным программам цифровизации.
У этого исследования есть понятное ограничение: оно измеряет именно поисковый интерес, а не установленную пользовательскую базу и не глубину реального применения. Но как ранний датчик рынка оно выглядит достаточно полезным. Если картина сохранится, российский интерес к ИИ будет распределяться не по схеме «все главное происходит в столицах», а по сети локальных центров компетенций. И в таком сценарии выигрывать начнут не обязательно самые богатые регионы, а те, где быстрее собирается критическая масса людей, для которых нейросеть — не игрушка и не модный ярлык, а рабочий инструмент.