В текущем цикле вокруг ИИ, по грубой оценке инвестора Menlo Ventures Диди Даса, уже сформировалась группа примерно из 10 тысяч человек с капиталом выше $20 млн. Для остальных золотая лихорадка ИИ выглядит куда менее празднично: в индустрии идут увольнения, а часть инженеров всерьез сомневается, что их главный профессиональный навык вообще сохранит ценность. Для русскоязычной IT-аудитории это важный сигнал: бум ИИ пока распределяет выгоду очень неравномерно, и эта асимметрия уже влияет на карьерные решения, найм и ожидания бизнеса.
О резком расслоении в технологической среде сообщает TechCrunch, пересказывая большой пост Даса в соцсети X от 16 мая 2026 года. Партнер Menlo Ventures описал Сан-Франциско как «лихорадочный» рынок, где разрыв в результатах «хуже, чем он когда-либо видел». По его оценке, речь идет прежде всего о сотрудниках и основателях компаний вроде OpenAI, Anthropic, xAI, Nvidia и, возможно, Meta, то есть о тех, кто оказался максимально близко к центру капитализации нынешнего AI-цикла. Именно там стоимость долей, опционов и ранних пакетов акций может быстро превращаться в состояние, которого еще недавно хватало бы на десятилетия карьеры.
Ключевая проблема даже не в том, что часть рынка резко разбогатела. Технологическая отрасль переживала такие эпизоды и раньше: в эпоху доткомов, облаков, мобильных платформ, крипты. Новизна нынешнего момента в другом. По словам Даса, многие хорошо оплачиваемые специалисты одновременно сталкиваются и с угрозой увольнений, и с ощущением, что их базовая экспертиза обесценивается у них на глазах. Если раньше новая волна технологий хотя бы обещала запасной аэродром для тех, кто не сорвал джекпот, то теперь этот запасной аэродром тоже под вопросом. Один из участников дискуссии в X сформулировал это особенно жестко: в текущем цикле одна и та же технология одновременно стала и лотерейным билетом, и инструментом, который съедает план Б.
Для рынка труда это звучит неприятно, но правдоподобно. Инженеры, которые еще вчера чувствовали себя дефицитным ресурсом, теперь видят два параллельных сигнала. Первый: компании готовы переплачивать за людей, умеющих работать на самом острие AI-разработки или находящихся внутри нескольких победителей гонки. Второй: все, что не связано напрямую с этой верхней воронкой стоимости, режется гораздо спокойнее, чем два-три года назад. Отсюда и то самое состояние, которое Дас описывает как глубокую подавленность по поводу работы и ее будущего. Формально зарплата может оставаться высокой, но ощущение устойчивости исчезает.
Золотая лихорадка ИИ особенно болезненна тем, что разрушает старую логику карьерного роста в IT. Долгое время отрасль продавала довольно понятный контракт: если ты силен в инженерии, умеешь быстро учиться и попал в приличную компанию, то у тебя почти гарантированно есть длинная и выгодная траектория. Сейчас эта схема ломается. Разработчику мало быть просто сильным инженером; рынок все чаще спрашивает, насколько его работа усиливает AI-стек, помогает автоматизировать другие роли или создает непосредственную ценность внутри новой платформенной экономики. Для продактов и основателей ситуация не мягче: инвесторы, клиенты и советы директоров ждут не просто «стратегию по ИИ», а ответа на вопрос, почему именно эта команда не окажется среди тех, кого сама волна вытеснит с рынка.
Реакция на слова Даса, впрочем, была не только сочувственной. Предприниматель Дева Хазарика отреагировал с заметной долей скепсиса и написал, что большинство людей из описания Даса и так находятся в исключительно привилегированном положении и могут просто выбрать быть счастливыми. Это типичный спор для любого пузыря роста: снаружи жалобы хорошо оплачиваемых сотрудников действительно могут звучать как плохой стендап про проблемы богатых. Но для индустрии важнее не моральная оценка их благополучия, а структурный сдвиг, который эти жалобы подсвечивают. Если даже в Сан-Франциско, где концентрируются капитал, таланты и самые горячие вакансии, настроение описывают как нервное и мрачное, это уже не локальная истерика, а симптом более широкой перестройки рынка.
Для бизнеса вывод довольно прагматичный. Переоценка ИИ больше не сводится к вопросу, внедрять ли очередного помощника для кода, поддержки или аналитики. Она меняет распределение силы внутри компаний: кто получает доступ к лучшим моделям, данным, вычислениям и пакетам акций, тот и забирает непропорциональную долю будущей стоимости. Остальные команды рискуют остаться в режиме постоянной оптимизации расходов, где ИИ используют в первую очередь для давления на маржу и численность персонала. Для HR это означает новую конкуренцию за узкий слой специалистов, которые могут строить продукты на базе больших моделей, а не просто пользоваться готовыми интерфейсами. Для инженеров и менеджеров продукта вывод еще проще: ценность все сильнее смещается от общего «умения работать в IT» к месту в цепочке создания AI-выручки.
Именно поэтому золотая лихорадка ИИ уже сейчас выглядит не как общий праздник индустрии, а как машина по ускоренному перераспределению статуса, денег и карьерных шансов. Большой вопрос теперь не в том, сколько еще миллиардов соберут лидеры рынка, а в том, сумеет ли остальная часть отрасли найти новую норму, где ИИ будет не только источником сверхдоходов для узкого круга, но и рабочей моделью роста для тех, кто не сидит в первом ряду этого дорогого спектакля.