Иск Apple к Проссеру о предполагаемой утечке функций iOS 26 снова упёрся не в технологии, а в процессуальную рутину: компания требует новые документы от Джона Проссера и хочет повторно допросить Майкла Рамаччотти. Оба ответчика считают, что Apple сама затягивает разбирательство, которое тянется с июля 2025 года. Для IT-команд это наглядный кейс о том, как одна демонстрация предрелизного продукта может превратить внутренний инцидент в долгий и дорогой юридический конфликт.
В совместном отчёте для судьи Джеймса Донато стороны фактически обменялись претензиями по поводу раскрытия доказательств, сообщает 9to5Mac. Apple утверждает, что ждёт от Проссера материалы, которые запросила более трёх месяцев назад: отчёты о доходах и аналитике его YouTube-каналов, а также переписку с третьими лицами, упомянутыми во время допроса. Компания также хочет получить обновлённые ответы Рамаччотти на письменные вопросы и провести ещё один допрос.
Причина для повторного допроса, по версии Apple, — расхождения между показаниями Рамаччотти и Проссера. Судя по позиции компании, она пытается уточнить не только сам маршрут утечки, но и возможный масштаб её распространения и коммерческий эффект. Запрос данных о просмотрах и выручке каналов выглядит логичным именно в этом контексте: такие сведения могут понадобиться для оценки предполагаемого ущерба или выгоды от публикаций. Но в опубликованном статус-отчёте конкретные суммы требований Apple не названы.
Рамаччотти не отказывается от нового допроса безусловно, но требует от Apple более ясной позиции. Он готов явиться, если компания объяснит, какой именно информации ей ещё не хватает и как она собирается урегулировать претензии к нему. Дополнительно он просит провести судебную конференцию уже в октябре: на ней Apple должна будет изложить оставшиеся требования, а затем в течение 30 дней либо отказаться от иска к Рамаччотти, либо подтвердить намерение доводить дело до суда.
Проссер занимает другую линию защиты. Он настаивает, что выполнил согласованные обязательства по раскрытию документов, и возражает против новых требований Apple. Его ключевой аргумент: сведения, вокруг которых возник спор, больше не могут считаться коммерческой тайной, поскольку теперь находятся в публичном доступе. Речь идёт в том числе о визуальном обновлении Liquid Glass, которое Проссер показывал в роликах до официального раскрытия системы.
Здесь важно различать нынешнюю публичность продукта и момент предполагаемого раскрытия. Сам по себе последующий релиз не обязательно отвечает на вопрос, была ли информация защищённой в день, когда её показали третьему лицу. Для компаний, работающих с бета-версиями, прототипами и закрытыми дорожными картами, это болезненно знакомая логика: ценность секрета часто живёт до презентации, запуска или публикации кода. Поэтому иск Apple к Проссеру может зависеть от дат, доступа к устройству и того, что именно участники знали на каждом этапе, а не только от того, что пользователи могут увидеть сейчас.
Apple подала иск после анонса iOS 26. По её версии, Рамаччотти получил неправомерный доступ к iPhone сотрудника Apple, находившемуся в разработке, а затем во время звонка FaceTime показал Проссеру неанонсированные функции системы. Сотрудника, которому принадлежало устройство, позднее уволили. Рамаччотти с самого начала ответил на иск и в целом сотрудничал с запросами по сбору доказательств, тогда как история с Проссером была заметно извилистее.
Сначала суд внес запись о неявке Проссера, поскольку он не ответил на жалобу Apple в установленный срок. Сам Проссер оспаривал трактовку, будто он проигнорировал дело. Спустя восемь месяцев суд отменил эту запись и разрешил ему формально защищаться. После появления у Проссера представителей тон процесса изменился: спор идёт уже не только о предполагаемой утечке, но и о том, кто должен предоставлять дополнительные сведения и где заканчивается разумный объём запросов.
Для разработчиков и руководителей продуктовых команд это не просто история о медийном инсайдере. Доступ к тестовому устройству, демонстрация экрана в звонке и неформальная передача информации могут оказаться достаточной цепочкой для расследования, увольнения и судебных расходов. Технические меры — управление устройствами, сегментация доступов, журналирование, ограничение записи экрана — работают лучше, когда их дополняют понятные правила для сотрудников и подрядчиков. Иначе разбор инцидента быстро превращается в спор о воспоминаниях, мотивах и противоречивых показаниях.
Если судья не согласится на октябрьскую конференцию, стороны договорились представить следующий совместный отчёт 2 декабря. Главный вопрос пока не меняется: сможет ли Apple показать, что ей действительно нужны дополнительные доказательства, или суд сочтёт, что иск Apple к Проссеру уже достаточно подготовлен для следующей стадии. Ответ задаст важный практический ориентир для споров об утечках, где продукт давно вышел на рынок, а последствия ранней публикации продолжают считать спустя годы.