Книга Cyberselfish, впервые вышедшая в 2000 году и давно исчезнувшая из печати, получит новое издание в издательстве Tin House. Её автор Полина Борсук за четверть века до нынешних споров об ИИ, криптоиндустрии и политическом весе миллиардеров описывала технолибертарианство Кремниевой долины как среду идей, где неприязнь к регулированию соседствует с исключительной зависимостью индустрии от государства. Для русскоязычной IT-аудитории это не столько книжная новость, сколько повод ещё раз посмотреть на привычные тезисы о «свободном рынке» технологий и цене этой свободы.
Как сообщает TechCrunch, переиздание выйдет с новым вступлением журналиста Гила Дурана, автора книги Nerd Reich. Именно Дуран в прошлом году публично призвал заново открыть Борсук для читателей, утверждая, что она точно увидела траекторию индустрии ещё 25 лет назад. После этого интерес к старым экземплярам начал расти: сама Борсук заметила повышение цен на вторичном рынке, неожиданные посты читателей в соцсетях и запросы от европейских исследователей. Затем последовали публикации в прессе и контракт на новое издание.
Борсук пришла в технологическую журналистику не с манифестом, а с исследовательским любопытством. В середине 1980-х она вращалась в технологической среде района залива Сан-Франциско, а в начале 1990-х стала слышать от её представителей реплики, которые не укладывались в знакомую ей инженерную культуру. Детство в Пасадене, рядом с Caltech и JPL, дало ей другой образ STEM-сообщества: инженеров и учёных, для которых роль государства в космической программе и исследованиях была очевидной, а не чем-то постыдным.
На этом фоне особенно странно выглядела риторика части технологических предпринимателей, выступавших против регулирования и публичных институтов. По версии Борсук, сектор, который получил огромную пользу от государственных вложений и инфраструктуры, одновременно культивировал почти рефлекторную враждебность к государству. В Cyberselfish она не пыталась построить академическую теорию: скорее собирала наблюдения, разговоры и характерные фигуры эпохи. Поэтому сама автор называет книгу чем-то вроде путевого дневника по интеллектуальной субкультуре технологической индустрии, а не чистой полемикой.
Ключевой для книги была разница между двумя типами технологической элиты. Одних Борсук условно называла «гильдерами» — по имени консервативного мыслителя Джорджа Гилдера, заметного в технологической среде начала 1990-х. Других — «рейверами», с их тягой к личной свободе, Burning Man, сексуальным экспериментам и психоделической контркультуре. Эти лагеря могли сильно расходиться в вопросах личной морали, но оба существовали внутри одной индустрии и не обязательно конфликтовали друг с другом. Такая схема, по мнению Борсук, узнаваема и сейчас: в технологическом бизнесе соседствуют религиозные консерваторы, сторонники правых политических проектов, поклонники трансгуманизма, криптоэнтузиасты и участники сообществ вокруг ИИ и эффективного альтруизма.
Важно, что автор не сводит весь регион к одной политической позиции. Полуостров Сан-Франциско продолжает голосовать за демократов, а его представителем в Конгрессе остаётся Ро Ханна. Речь у Борсук идёт не об электоральной карте и не обо всех разработчиках, а о культуре управленческого слоя — людях, которые принимают решения, распределяют капитал и задают тон публичным дебатам. Внутри компаний при этом могут работать люди с совершенно другими убеждениями. Они остаются из-за команды, зарплаты, интересного проекта или просто потому, что в период нестабильного рынка не хотят терять место.
Этот нюанс хорошо знаком и российскому IT-рынку. Разработчик редко выбирает работодателя как политическую партию: важнее стек, компенсация, продукт и возможность не выгореть к следующему кварталу. Но культура собственников и топ-менеджеров всё равно влияет на приоритеты компании — от отношения к данным и автоматизации до готовности считаться с регуляторами, сотрудниками и пользователями. Технолибертарианство Кремниевой долины в таком прочтении оказывается не экзотической американской идеологией, а набором управленческих привычек: считать ограничения помехой, а последствия решений — чужой зоной ответственности.
Возвращение Cyberselfish интересно именно тем, что книга не обещает простого диагноза для всей технологической отрасли. Она предлагает смотреть не только на новые модели ИИ и очередной раунд инвестиций, но и на идеи, которые определяют, кто получает выгоду от технологий, а кто разбирается с их побочными эффектами. Чем сильнее ИИ и платформы входят в инфраструктуру бизнеса и государства, тем менее убедительно звучит тезис, что их создателям достаточно предоставить свободу и не задавать лишних вопросов.
