Высокий суд Англии и Уэльса отклонил иск к Uber на £340 млн, поданный примерно 13 тыс. лондонских водителей black cab и двумя бывшими операторами частного извоза. Причина не в оправдании сервиса, а в процессуальном календаре: судья Саймон Бёрт решил, что иск к Uber подали позднее установленного шестилетнего срока. Для IT-бизнеса это неприятно знакомая история: даже серьёзные претензии к платформе могут развалиться, если команда слишком долго собирает «идеальную» доказательную базу.
Водители требовали около £200 млн за потерянный заработок, а компании Kabbee и Iride — ещё примерно £140 млн. Они утверждали, что Uber при получении лицензии вводил в заблуждение лондонский транспортный регулятор Transport for London (TfL), описывая механику приёма заказов в приложении не так, как она работала в действительности. Как пишет The Register, разбирательство дошло до решения о сроках давности, но не до проверки самих обвинений по существу.
Претензии относятся к периоду после выхода Uber на лондонский рынок в 2012 году. Истцы считали, что без предполагаемого искажения информации компания не смогла бы работать в городе на прежних условиях, а значит, традиционные таксисты не понесли бы заявленные убытки. Uber эти обвинения отвергал. Судья не установил, были ли в действиях компании обман или мошенничество: решение означает лишь то, что именно эти требования нельзя рассматривать из-за опоздания с подачей.
Ключевым оказался не 2024 год, когда заявления наконец поступили в суд, а то, когда у истцов уже было достаточно оснований начать процесс. Водители настаивали, что для обвинений в мошенничестве им не хватало сведений до июня 2018 года, когда проходило отдельное разбирательство по лицензии Uber. Однако суд напомнил о более ранних сигналах: ещё в сентябре 2017 года трое таксистов подали индивидуальные иски, в декабре того же года фонд Harbour обсуждал с Mishcon de Reya более масштабное дело, а в феврале 2018-го Licensed Taxi Drivers’ Association информировала членов о готовящемся коллективном процессе.
Эта хронология разрушила аргумент о позднем обнаружении оснований для иска. В июле 2019 года Mishcon направила Uber досудебное письмо, но уже в ноябре Harbour прекратил финансирование. После этого, согласно судебному решению, истцы не возвращались к предметному обсуждению претензий с Uber примерно четыре с половиной года. Когда производство начали в мае и июне 2024 года, шестилетний лимит, по оценке суда, уже истёк. В коллективных исках такая пауза особенно опасна: масштаб требований не останавливает часы, а поиск финансирования не заменяет процессуальных действий.
У дела есть важный технологический контекст. В апелляции по лицензии 2018 года Uber признавал, что передавал TfL и Высокому суду неверную информацию о том, как через приложение подтверждались поездки. Тогда суд не признал действия компании нечестными и выдал ей лицензию на 15 месяцев. В нынешнем споре также всплывали Greyball — система выявления предполагаемых регуляторов — и Ripley, инструмент удалённой блокировки компьютеров во время визитов надзорных органов. Uber заявлял, что Ripley не применялся в Великобритании в таком сценарии.
Для платформ и их юристов вывод довольно приземлённый. Регуляторные объяснения, внутренние процессы модерации и механизм работы приложения — не второстепенная документация, а потенциальный материал для многолетнего спора. Для потенциальных истцов вывод зеркальный: нельзя бесконечно ждать новых подтверждений, если публичных фактов уже достаточно для подачи. В частности, иск к Uber показал, что даже наличие инвестора, профильной ассоциации и крупной юридической фирмы не страхует от пропуска базового дедлайна.
Победа Uber в этом эпизоде не закрывает лондонскую войну за городской транспорт. Водители мини-кэбов уже выступают против допуска роботакси в столице, опасаясь потери рабочих мест, а Uber сотрудничает с британским разработчиком автономного вождения Wayve. Компания, много лет конкурировавшая с таксистами за пассажира, теперь участвует в разработке машин без водителя. Поэтому следующий конфликт вокруг платформы в Лондоне может идти уже не о лицензии приложения, а о том, кто вообще останется за рулём.